– Я тоже уверен в этом.

Это совещание отличалось от других – на нем присутствовал хмурый и невыспавшийся Данте. Ему надо было сделать доклад о ходе расследования Совета магов.

Темные маги опять исчезли, рассеялись словно дым. Ни следов, ни зацепок. Совет магов начал действовать с размахом: тотальная проверка всех волшебников и большей части колдунов, поиск возможных убежищ, экспедиции в отдаленные уголки мира. Поможет ли это? Посмотрим.

После совещания я остался в кабинете. Аврелий долго молчал, я перебирал отчеты и пытался разобраться в цифрах и графиках.

– Мне не нравится поведение промышленников.

– Не хочу быть пророком, но я говорил, что им нельзя давать право на собственные силы, – не отрываясь от бумаг, ответил я.

– Я помню… – сквозь зубы процедил император.

Я благоразумно промолчал. Есть грань в общении с Аврелием, которую даже я не рискую переходить.

Я вышел из экипажа на Сельском рынке. Название сохранилось еще с тех пор, когда тут проходила граница города и это действительно был сельский рынок. Сейчас это просто продуктовый рынок, один из крупнейших в городе и традиционно самый дешевый.

Пройдясь по рядам, я понял, что дела в городе действительно не в порядке. Цены были выше, чем обычно, и выше, чем в докладе императору. Многих скоропортящихся продуктов просто не было. Как сказала мне одна бабушка, все молоко разбирают рано утром, потому что в ближайших селах коров мало, а из других везти слишком долго.

Народ был спокоен, но неуловимое напряжение, висевшее в воздухе, чувствовалось. Чувствовали его и жандармы, старавшиеся не ходить по одному. А ведь в Райхене по-прежнему полно оружия…

Дом Лютеции стоял в Новом городе, посреди обычных похожих друг на друга пятиэтажных зданий. Отличался он от них только белизной стен, красивыми балкончиками и сильной магической защитой. Рядом стоял скромный особняк Данте и выкупленный им же дом для Молодых магов.

Три здания образовывали классический защитный треугольник и были мощной магической крепостью. Разглядывая переплетающиеся сторожевые и оборонительные заклинания, я понял, почему Совет магов так и не решился на силовое решение конфликта.

Лютеция уже ждала нас. Я поклонился девушке, хмурый Тирион кивнул. Гордый пацан до хрипоты спорил со мной, пытаясь отказаться от помощи. Мне бы никогда не удалось его убедить, если бы не Мария и Агнесса. Они вдвоем заставили его согласиться.

Тирион лег на диван и снял повязку. Лютеция внимательно осмотрела глаз.

– Все не так плохо, как могло бы быть. Повреждена только часть глаза, – сказала она, разминая пальцы.

Лютеция Коэн занималась медицинской магией, а это было не самым простым делом. Кроме магии надо было в совершенстве знать и медицину, чтобы точно представлять себе, что и как делать.

– Где тебя ранили?

– В сражении под Санторином, – ответил Тирион.

– Вот как? Я тоже там была. На флагмане, а ты?

– На «Сапфире», – криво усмехнулся парень.

– Не дергайся. Неудивительно, что тебя задело. На «Сапфир» было больно смотреть. Казалось, там никто не выжил.

Я невольно усмехнулся. В разгар боя магу, прикрывавшему флагманский корабль, уж точно было не до беспокойства о других кораблях. Свой бы уберечь. Лютеция просто отвлекала Тириона разговором.

– Пока все. Приходи через неделю, а пока носи повязку.

Я поблагодарил Лютецию за помощь и попрощался.

– И стоило так возмущаться? – спросил я у Тириона.

– Сколько тебе это стоило? – хмуро поинтересовался он.

– Дурак ты. Ничего это мне не стоило. Я просто попросил ее о помощи.

На выходе нас уже ждал посыльный от императора. Я быстро пробежал глазами короткое письмо.

– Вот твари! – выругался я. – Пошли, Тирион, сейчас отработаешь свой долг.

– Что случилось?

– Эти зажравшиеся… твари отказались от условий императора.

В Союзе промышленников меня приняли сразу. Тирион зашел вместе со мной, но не сел за стол, а остался стоять у двери. А за столом напротив меня сидели трое. Председатель Союза Ханс Крупп, его заместитель Гюнтер Райнех и еще один человек, секретарь, больше похожий на телохранителя.

Ханс и Гюнтер были полноваты. У обоих короткие стрижки, дорогие смокинги и новомодные золотые наручные часы. А их секретарь был крепок на вид, а под пиджаком скрывалась кобура, и явно не пустая.