– Сударь Маэл Лебовский аха Ларан.

– Просто Маэл Лебовский, – поправил я Ханса Круппа. – Я не являюсь членом клана Ларанов.

– Ах да, конечно. Прошу меня извинить.

Я должен поверить, что он действительно не знал? Хорошее начало разговора.

– Вы сказали, что явились к нам как полномочный представитель императора Аврелия.

– Да. – Я холодно усмехнулся. – Я прибыл, чтобы передать вам, что его величество крайне недоволен политикой Союза промышленников.

– Мы сожалеем об этом.

– И что вы намерены делать?

– Ничего. Я имел честь доложить его величеству о нашем плане по наведению порядка. Мы намерены начать его реализацию в ближайшие дни.

– Ваш план… не соответствует некоторым реалиям… и не нравится его величеству.

– Мы об этом сожалеем.

Все трое лицемерно улыбнулись. Я облокотился на стол и подался вперед.

– Я хочу вам напомнить, что его величество император Райхенской империи Аврелий является правителем страны. И его желания являются законом для всех его верноподданных! А нарушение законов карается. Если Союз промышленников не изменит своего мнения и своего плана… он потеряет часть своих привилегий и полномочий. И я об этом позабочусь лично.

– Вот, значит, как, – холодно сказал пока молчавший Гюнтер Райнех. – Цепной Пес решил показать зубы? А если хозяин скажет тебе: «Место»?

– Тихо. Не надо оскорблять нашего наивного гостя. Передайте его величеству Аврелию, что в наших руках вся промышленность страны, железные дороги, а также банки и газеты. И напомните ему, что мы готовы соблюдать определенные сложившиеся ритуалы, традиции и будем признавать его правителем страны. Но деньги, так же как и власть, уже давно не принадлежат ему.

Я подпер руками подбородок и с улыбкой посмотрел на председателя. Он ждал моей реакции, а я молчал. Пауза затягивалась, и они немного нервно переглянулись.

– Сударь Маэл Лебовский, если вам больше нечего сказать, можем ли мы считать нашу встречу законченной?

– Я просто жду, какой анекдот вы мне еще расскажете. Давайте лучше так. Я сейчас выйду, и мы забудем обо всем, что тут было сказано. А когда я войду, мы поговорим уже серьезно, без этих шуток.

– Это не шутки.

– А вы понимаете, что я вас всех убью?

Дав им пару секунд на обдумывание моих слов, я резко встал. Стул с грохотом упал. Окна со звоном разбились, а в комнате поднялся ветер.

– Вы что себе позволяете?!

Я взмахнул рукой, и подскочивший секретарь-телохранитель упал с рассеченной грудью. Второй жест, и у председателя и его зама вспыхнули и рассыпались пеплом защитные амулеты, а жезлы разлетелись на мелкие осколки.

– Вы не имеет права! Это произвол! Вы… вы! – заверещал тонким дрожащим голосом Ханс Крупп.

– Да ну?! – весело воскликнул я. – Попробуйте меня подкупить! А может быть, прикажете мне?

В комнату попытался ворваться охранник. Тирион саблей разрубил его винтовку и вытолкнул из комнаты. А затем попросту заделал дверь алхимией.

– Ну? У вас же есть деньги и власть?

Мне было очень весело, и я с трудом сдерживал желание убить двух жирных торгашей, слишком много о себе возомнивших.

– Так что вы думаете насчет власти императора?

Дверь вспыхнула и рассыпалась пеплом. В комнату вошли трое магов в плащах клана Астреяров, одного из них я хорошо знал. Тирион быстро отпрыгнул ко мне.

– Маэл Лебовский! Вы ответите… – Ханс Крупп как по волшебству превратился в гордого и надменного начальника, а вот его помощник не хотел вставать и показывать мокрое пятно на штанах.

– Вот, значит, как? Астреяров вы купили! За сколько, если не секрет?!

– А мы за идею, – усмехнулся Грегор Асмуд.

– Это радует. Вы только учтите, что тех двух я успею убить в любом случае.

– Да ради богов, – пожал плечами Грегор. – Я мешать не буду.

Несмотря на ситуацию, я совершенно искренне расхохотался. А вот Тирион и промышленники ничего не поняли.

– Маги остаются магами, – отсмеявшись, сказал я. – Я ухожу.

Грегор молча отошел в сторону. Все это время он стоял сложив руки.

– Завещания писать не надо, – посоветовал я Хансу Круппу и Гюнтеру Райнеху. – Нет смысла.

Выйдя из здания, я пошел по улице, кипя от злости. Мне жутко хотелось кого-нибудь убить, разодрать руками горло и вырвать сердце. Идущая навстречу женщина, посмотрев мне в лицо, побледнела и испуганно шарахнулась в сторону.

Свернув за угол, я ударил магией вверх, выпуская силу и свою ярость. Помогло, но не очень.