Он доел свое печенье, и, за неимением собственного чая, взял Дашин. Та успела лишь провести взглядом свою чашку, пока он допивал содержимое, после чего воззрился на нее в ожидании неминуемой реакции. Дарья не поддалась на провокации, и, вздохнув, направилась к котелку за новой порцией.

— Ну я так не играю, — протянул он с наигранным недовольством.

Она подошла, обнимая кружку с новым чаем, скользнула взглядом, задержавшись на губах, и заметив, как приподнялся один из уголков, затем на расстегнутый ворот мастерки, и вернулась обратно:

— Ах простите, Ваше величество.

— Высочество, пока только высочество.

Серега наблюдал за ними с усмешкой.

После завтрака все принялись укладывать рюкзаки. Данька иногда оглядывался, привычно ища глазами тоненькую фигурку в кепке, смотреть на которую стало бесконтрольной привычкой.

Когда двинули к городу, группа привычно растянулась в цепочку. Путешествие подходило к концу.

— Эй, просыпайся, соня! Приехали.

Даша с усилием открыла глаза:

— Уже? — она потерла ладонями лицо. — Ох… ничего не соображаю.

— Неудивительно, ты спала как убитая.

— Аа-а… Так ведь завтра в универ. — Она посмотрела на часы, — уже сегодня.

Она огляделась — большинство ребят в салоне потягивались, видимо, как и она, только проснувшись. За окном проплывал городской пейзаж. Даша с сожалением вздохнула.

— А что это мы загрустили? — раздалось над ухом.

— Не люблю, когда заканчивается что-то хорошее…

— Ничего не заканчивается, — он легонько щелкнул ее по носу.

— Это надо понимать, ты больше не сердишься, что я была с вами?

— Поверю тебе в очередной раз, — он обреченно вздохнул, — наступлю на привычные грабли.

— Тебя послушать, так я отъявленная лгунья.

— Шш-ш, не кричи, я пошутил.

— В каждой шутке, знаешь ли…

— Знаю, знаю.

Он вдруг наклонил голову и поцеловал ее. Все претензии тут же были отодвинуты на второй план.

— Видишь, какой действенный способ тебя зат… замолчать. — Он прикрылся ладонью от тычка. Затем почесал затылок и добавил с озабоченностью в голосе, — вот только как мне теперь быть?

Даша прыснула.

Покидая вокзал, ребята тепло распрощались и разбрелись каждый своею дорогой. Кого-то встречали, кто-то добирался на собственной машине. Через несколько часов начинался обычный рабочий день — в это так не хотелось верить теплой майской ночью, когда воздух пропитан цветением деревьев и молодой листвой.

— Ну что, двинули? — Данька подхватил рюкзак и пару Дашиных вещей.

Не спеша они добрели до стоянки. Спустя некоторое время так же не спеша выгрузились у ее подъезда. Расставаться не хотелось.

— Во сколько тебя будут ждать родители?

Даша сдвинула плечами:

— Я не называла конкретного времени.

— Так, может, ко мне?

— Тогда я домой даже к утру не доберусь. Мама будет волноваться. Да и универ… Не пойду же я в этих штанах — она смешно оттопырила карманы.

— А по мне так очень даже ничего.

— Для физкультуры — может быть. Но у меня — «Управление» (управление финансами — прим. автора).

— Финансы — это хорошо… — Он явно над чем-то раздумывал. — Напомни, какая у тебя специальность?

— «Экономика управления».

— Тебе когда на практику?

— Через две недели. А что?

— Ты же на бюджете, успеваемость хорошая. Может к нам тебя взять?.. — сказал он, словно решая этот вопрос прямо сейчас.

— Эй, «магнат», ты не забылся? Ты тоже пока студент.

— Я — работающий студент — он назидательно поднял палец.

— А где ты работаешь?

— «Сигма».

— «Сигма»?! Ого, круто. Как тебе удалось туда устроиться, ты даже еще диплом не получил.

— Наверное, я гений, — кривая усмешка.

— А «Альтаир» с вами сотрудничает. И там работает мой папа.

— Я знаю.

— Откуда?

— Я тебе даже больше скажу — Тимур — наш поставщик. Так что Америку ты не открыла.

— «Наш поставщик»! — перекривила она, — тоже мне — директор.

— Ну, кто знает, как сложится моя карьера.

— Так… О Тимуре знаешь, об отце тоже… Признавайся, наводил обо мне справки?

— Наводил. Но не я.

— Данька!

— Ну не могу, это будет подстава.

— Значит…

— Я больше ничего не скажу. — он посмотрел на нее исподлобья. — Вот ты дотошная. Как этот… как его… Шерлок Холмс, вот!