– -Что смешного?

Красавчик со всхлипом переводит дыхание. Говорит уже спокойно:

– -Да ты шутник, Эрнест. Цифры! Это же альфа и омега игры. Кто их не видит?

Вот как, значит. Ты вовсе не так плох, дружище Эрнест. Ты не сошёл с ума.

Осторожно спрашиваю:

– -И что они значат?

Арнольд забывает о сне. Отлипает от стены, смотрит на меня, голубые глаза так и блестят:

– -Как это - что значат? Ты неграмотный?

– -Грамотный!
– рявкаю с досадой.
– Только я вашего тарабарского языка не учил. Ты сам-то понимаешь, что у тебя написано?

Он медленно моргает, не отводя на меня глаз. Молча открывает и закрывает рот. Откашливается:

– -Это какая-то ошибка, Эрнест. Все понимают, что им пишут. Разве можно играть, не зная языка?

– -Подожди, - я сажусь, с трудом подбираю под себя ушибленную ногу.
– Подожди. Какая игра? Когда ты сказал - игроки, я думал, ты это так... фигурально. Ну, для красного словца, что ли. Вся наша жизнь - игра, и всё такое.

– -Хочешь сказать, - медленно выговаривает Арнольд, - ты хочешь сказать, что всё это - реальный мир? Ты думаешь, что всё вокруг - настоящее? А когда ты бросился за мной в воду, ты верил, что погибнешь?

Задумываюсь. Так трудно подобрать слова. Это ощущение невозможности и одновременно полной реальности происходящего. Это чувство, что всё, что со мной происходит, совершенно нормально. Что так и должно быть. И что такого быть не может. Жар сомнения, тут же тонущий в ледяном спокойствии. Наконец отвечаю:

– -Я не знаю, Арнольд. Не знаю. Мне кажется, я всю жизнь так жил. Верил и не верил. Может быть, так и надо. Кто знает?

Парень качает головой, в глазах его странное выражение - не то удивление, не то жалость. Не отвечая, молча царапает пальцем по полу, выводит непонятные загогулины. Потом решительно стирает написанное ладонью и взглядывает на меня:

– -Я скажу тебе одно, Эрнест. Сейчас это единственная наша реальность. Если ты не знаешь языка, тебе надо его выучить. Я тебя научу. Не хочу, чтобы ты умер раньше срока.

– -Какого срока?
– это надо обдумать. Мне действительно надо поспать. Неодолимо тянет в сон. Голос красавчика доносится, словно издалека:

– -Пока идёт игра. Ты тёмная лошадка, Эрнест. Тёмная лошадка...

Глава 12

"Нет, Свифт, нет!" - голоса нет. Кричу ещё громче, слова вылетают изо рта, распадаются на буквы и падают вниз. Буквы с печальным звоном разбиваются, их осколки сметает ветер.

Взрыв, вспухает огненный шар. Кулак раскалённого воздуха толкает в грудь, со свистом закручивается огненная воронка. Меня отрывает от пола, и швыряет вверх, в пустоту.

Непроглядная чернота, в полной пустоте нет ничего - ни воздуха, ни движения. Пытаюсь дёрнуть ногами, но тела нет.

Неслышно ору, выдавливаю последнее дыхание из призрачных лёгких. Пар моего дыхания мгновенно тает, поглощённый ничем. Откуда-то сбоку выныривает тень Бати, качает головой: "Эх, Эрнест, я же тебя предупреждал. Не лезь вперёд батьки в пекло!"

Коротко пропела птица. На мгновение вижу себя со стороны. Здоровый синий парень, блестящая кольчуга туго обтягивает спину. Тряпичные шорты, мускулистые ноги в коротких сапогах на толстой подошве. Здоровяк вертит головой, и я вижу его затылок с торчащими кончиками ушей над гривой сизых волос. Он поднимается на ноги, и исчезает.

– -Эрнест, просыпайся!

Вскакиваю на ноги. Крепко же я спал. Красавчик Арнольд отшатывается, когда я встаю, обводит меня взглядом:

– -Ты в порядке?

Потягиваюсь, с наслаждением разминаю затёкшие мышцы. Чего это он так уставился?

– -Ну да.

Делаю взмахи руками, наклоняюсь, достаю ладонями до пола. Эх, хорошо! Боль в мышцах, кровавая шишка на ушибленной голени - всё растаяло, как сон. Шлёпаюсь на пол, отжимаюсь несколько раз. С каменных плит вздымаются облачка пыли.

Вскакиваю на ноги, с силой тру лицо, шею. Жаль, водички тут нет. Холодненькой.

– -Ты кричал во сне, - сообщает красавчик.
– Кто такой Свифт?

– -Не помню. Писатель был такой, кажется. А что?

– -Ничего. Просто спросил. У тебя уровень поднялся.

– -Где?

– -Везде!
– с досадой отвечает Арнольд и демонстративно отворачивается. Небось, хочет, чтобы тупой Эрнест попросил о помощи. Ладно, обойдусь без тебя.

Табличка со столбиком цифр назойливо маячит перед глазами. Ну да, она появилась, когда я выбрался из-под газовой атаки. И что теперь с ней делать?

Сосредоточиваю взгляд на одной из цифр, она с готовностью наливается сочным синим цветом, её бока заметно округляются. Так, что дальше? Перевожу взгляд на ряд строчек. Их заметно больше, чем цифр. Они выстроились напротив, и словно ждут, когда на них обратят внимание. Чувствую, что от умственных усилий на лбу выступил пот. Давай, Эрнест, ты сможешь.