Пробую накрыть костерок подходящим по размеру куполом, как крышкой, прекратить доступ воздуха. Пламя немного опускается, расползается по чаше. На мгновение мне кажется, что получилось. Но нет, пламя вновь взлетает вверх, и дым проникает сквозь невидимые поры в полупрозрачном куполе. Дымные струйки всё так же ползут по стенам, опадают вниз чёрным дождём, рождающим чудовищ.

– -В чём дело, Аристофан?
– резко спрашивает Арнольд.
– Тянешь время? Тебе не жаль своих любимых эльфов?

Делаю шаг, хватаю красавчика за горло. Тот не успевает увернуться, как мои когти смыкаются на его шее.

– -Я не ваш Аристофан!
– рычу ему в лицо.
– Аристофан умер! Погаси костёр, ублюдок, не то я сверну тебе шею!

Арнольд бледнеет, как смерть. Встряхиваю его для верности. На смуглой шее красавчика проступают капли крови - мои когти протыкают ему кожу.

– -Нет, - бормочет он.
– Нет.

– -Гаси огонь!

Он затихает, потом говорит глухо:

– -Отпусти. Я погашу.

Неохотно разжимаю пальцы. Бледный Арнольд, не отводя от меня застывшего взгляда, осторожно вытягивает руку, поворачивает открытой ладонью вниз над чашей. Погружает руку в самое пламя. Огонь охватывает ладонь, лижет ему пальцы.

Красавчик сжимает пальцы в кулак, потом выдёргивает его из огня. "А этот мерзавец что тут делает?" - внезапно, словно проснувшись, спрашивает мой внутренний голос.

Будто услышав его, Арнольд размахивается, и швыряет огненный сгусток мне в лицо. Отскакиваю в сторону, сгусток врезается в ближайшую колонну. Мрамор трещит от жара, во все стороны с шипением летят раскалённые осколки.

– -Крыса!
– швыряю в него ответным ледяным зарядом. Красавчик прячется за постамент статуи, воздух шипит от внезапного похолодания. Постамент покрывается слоем льда.
– Сколько тебе обещали за мою голову? Предатель!

– -Двуличная тварь!
– выкрикивает из-за статуи красавчик. Он высовывается на мгновение, чтобы запустить в меня очередным огненным шаром, и я вижу, как искажается от злобы его гладкое личико. Вот оно - лицо предателя. А как притворялся... крыса, что с него взять.
– Кто тебя нанял, чтобы ты изображал Аристофана? Ублюдок!

– -Моей шкуры ты не получишь, крысёныш!
– вытаскиваю из мешка первое, что попадается под руку - кажется, это зелёная лепёшка, останки призрака - и бросаю в сторону.

Лепёшка со стуком падает в нескольких шагах от меня, и перекатывается к стене. Я сам в это время тихо, как умеют только дикие эльфы, перемещаюсь вдоль колонн в угол зала и оказываюсь у предателя с тыла. Замираю, не дыша, с оружием наготове. С моей позиции видно, как Арнольд осторожно выглядывает из-за постамента. Смотрит туда, куда укатилась моя обманка.

Тихо поднимаю меч. Переношу вес тела с одной ноги на другую. Ещё немного. Пусть красавчик поднимет голову, и край постамента не будет мне мешать.

Шорох за спиной, топот ног, обутых в старые башмаки. Проклятье. Мой ручной монах Бонифаций, послушный как собака, последовал за мной. И почему я не приказал ему оставаться на месте?

Арнольд вздрагивает, оборачивается. Момент упущен. Мой удар только срезает прядь кудрявых волос. Красавчик отпрыгивает, пошатывается на ногах.

– -Мы так ждали тебя, так надеялись, что ты вернёшься!
– кричит он, и его голос хрипит и срывается.
– А ты умер! Скотина!

С изумлением вижу, что по лицу его текут слёзы.

– -Я убью тебя, сволочь! Ублюдок, проклятая подделка!
– красавчик тычет в меня рукой, перстни на его пальцах вспыхивают.
– Сдохни!

Что-то тёмное, как туча, вспухает в воздухе клубком визжащих иголок и с невероятной скоростью прыгает в меня. Ни убежать, ни увернуться не могу. Смотрю, как чёрная смерть летит мне прямо в грудь, где сердце.

Сильный толчок отбрасывает меня назад, к стене. Чёрная туча издаёт визжащий звук, переходящий в шипение, и распадается в пыль. Стою, влипнув спиной в стенку, и смотрю, как у моих ног расплёскивается по полу изрядная кучка пепла. Отчётливо понимаю, что и я сам должен был сейчас превратиться в золу и лежать здесь, на мраморных плитах.

Мой амулет, новенький амулет, сотворённый мной недавно из драконьего камня, светится на груди, сияет из оправы чёрным огнём.

Арнольд издаёт всхлипывающий звук, с изумлением смотрит на меня. Что, не ожидал, думал, я тут уже в золу обратился?