Тщательный наблюдатель может отметить присутствие некоторого количества подтипов в населении йеменского плато. В городах сконцентрировано специфическое, подчеркнуто средиземноморское население с более низким ростом, более узкими и низкими головами, более узкими лицами и носами и более светлым цветом кожи, чем у остальных йеменцев. Городской тип кажется во многом отобранным на профессиональной основе и представляет собой квинтэссенцию средиземноморской расы. Сельское население в целом немного больше, немного более широкоплечее и имеет немного более волнистую форму волос.

Среди племенных и деревенских шейхов и офицеров армии имама можно часто встретить примеры высокого, очень длинноголового и длиннолицего атланто-средиземноморского типа, который, видимо, составляет социально отобранный вариант этой группы. По-нордически выглядящие люди обычно связаны с социальным слоем, откуда набираются гражданские служащие и священники, и это больше чем просто совпадение, что признанные потомки пророка более светлокожи и демонстрируют большее свидетельство светлой пигментации, чем остальное население. Возможно, существовал нордический элемент, связанный со святыми семьями, появившимися в этом регионе из Хиджаза в ранние послеисламские времена.

У нас нет никаких данных из Асира, но вероятно, что обитатели этой горной провинции в большой степени напоминают обитателей йеменских нагорий. Почти нет материала и из Хиджаза[701], но на основе личных наблюдений можно сказать несколько слов. Сегодня горожане, извлекающие большие прибыли из торговли со странниками и населяющие в основном Джидду, Мекку, Таиф и Медину, являются такой же пестрой и разнородной группой, какую можно найти в Порт-Саиде или Гонолулу. Тысячи яванцев, китайских мусульман, бухарцев из Туркестана, а также индийских мусульман и африканских негров, привлеченные святыми местами, остались здесь. Постоянное население этих городов, вероятно, арабское меньше чем на половину. Пока что эти иностранные элементы несильно смешаны с местным населением, и древние семьи сохранили обособленность от этих чуждых типов, но значимость пришельцев в будущем невозможно преувеличить. В итоге Хиджаз станет местом сильно смешанного населения, состоящего из трех первичных расовых групп – европеоидов, негроидов и монголоидов.

Члены древних семей Хиджаза во многих случаях имеют четко дифференцированный тип, который в своей крайней форме можно описать без труда. Это люди ростом от среднего до высокого; они широкоплечие, длиннотелые, с большим весом, их конституционный тип обладает тенденцией к накоплению как мышц, так и жира. Их головы большие, от мезоцефальных до брахицефальных, их лица как широкие, так и длинные, у их носов часто большие и мясистые кончики. Подбородок выступающий, а нижняя челюсть сильная. Их волосы от темно-каштанового до черного, борода развита сильно, а цвет глаз типично карий, хотя светлые глаза достаточно часты.

Хотя о существовании этого выглядящего по-альпийски хиджазского типа пока что, наверное, рано утверждать на научной основе[702], его существование будет подтверждено читателями, знакомыми с населением этого региона. Кажется очень вероятным, что люди этого общего типа отправились в Северную Африку с древними мусульманскими завоеваниями, так как этот тип часто встречается среди аристократических семей североафриканских городов, особенно в Фесе, в противоположность остальному населению, которое почти полностью долихоцефально. Было бы глупо рассматривать вопрос о происхождении этого типа в отсутствие метрических данных, но можно быть уверенным, что он не чисто средиземноморского происхождения. Он, вероятно, связан в основном с горожанами и с более древними аборигенными семьями.

Таким же образом у нас нет информации по точному физическому характеру кочевого населения Нежда, но у нас есть корпус информации по некоторому количеству племен, которые пасут своих верблюдов в Трансиордании и в пустынных частях Сирии и Ирака. Среди них заметно племя рувалла, известное из-за сочинений Лоуренса, Мусиля, Расвана и других[703]. Серия из 270 взрослых мужчин из рувалла, измеренных Шенклином[704], ниже йеменцев, со средним ростом 162 см, но другие племена бедуинов, такие как шаммар[705], выше, и при движении в регионы на севере рост бедуинов достигает 170 см[706]. Однако в целом рост северных арабов нужно считать ростом от низкого до среднего. Относительный рост сидя 51 среди рувалла согласуется с йеменским и является типичной средиземноморской чертой.

Головы рувалла со средней длиной 192 мм немного длиннее, чем у йеменцев, а головной указатель 75 немного меньше. Лица рувалла со средним скуловым диаметром 130 мм очень узкие. Другие размеры напоминают уже знакомые нам по Йемену. Цвет кожи у рувалла, видимо, в целом несколько темнее, чем у йеменцев. Волосы обычно черные или темно-каштановые, и Шанклином не отмечено ни одного случая частично светлой пигментации, хотя отдельные люди, обладающие ей, были замечены другими наблюдателями. Однако очевидно, что 25% зачаточной светлой пигментации, отмеченные в Йемене, в этом племени отсутствуют, хотя Филд обнаружил еще большую долю среди шаммар[707].

Среди рувалла есть два легко различимых типа: больший тип, с более широким лицом и прямым носом, от среднего до широкого, определенно напоминающий аборигенное население Хадрамаута и Дхофара; и то, что может быть описано как более утонченный тип, к которому принадлежит большинство семей шейхов. Он более узколицый и узконосый, с часто вогнутым или крючковатым профилем носа. Этот ястребинолицый тип арабского аристократа известен лучше, чем другой тип, но, вероятно, он менее многочисленный. Он достигает крайней персонификации в старом воине шейхе Ауда Абу Тайи, чьи черты лица известны тысячам из-за сделанного углем портрета, опубликованного в книге Лоуренса «Семь столпов мудрости».