Я блуждала по закольцованным лабиринтам своего сознания в поисках счастья, пока не сошла с ума…

Когда ее не было, я отчаянно скучала, оставаясь верной ей всей душой вплоть до нелепой трагической фантазии, решившей мою судьбу. Я подарила ей жизнь, которой была лишена в реальности, не понимая простой истины: глупо искать то, что лежит на поверхности. Любовь, которую я ждала, была совсем рядом — только протяни руку…

Я хотела бы увидеть ее сейчас, немедленно… Но дом мой был пуст. Лэптоп тоскливо лежал на письменном столе тоненькой книжицей, вмещающей в себя вселенную иллюзий. Я никогда не падала перед ним на колени… лишь споткнулась на мгновение. Но теперь все закончилось… Все будет по-другому? Правда?

— Ты права… Тысячу раз права! Вирт стал для нас мал, и нужно выходить в реал, моя девочка. Заставим всех заплатить по счетам!

Маргарита кружилась по комнате в белом воздушном платье. Руки и ноги ее были в порезах, и кровь лилась на белую ткань…

— Мы?! После всего, что натворили? — Я была ей несказанно рада… — Ты потеряла рассудок?

— Можно я не буду отвечать на этот вульгарный вопрос?.. — Продемонстрировав вертикальную растяжку, Ведьма спросила: — А что тебя так удивило в моем предложении? Теперь у нас будут свои правила! Свои! Понятно?

Она подлетела ко мне и, грубо схватив за шею, заставила кивнуть.

— Ну вот, умница… ты согласна. И учти, я хочу оторваться по полной. Я тебя вела по вирту, а теперь ты меня выведешь в реал.

— Чего ты хочешь? — устало спросила я.

— Для начала — красавчика дока. Мне показалось, он не глуп, а значит… Пожалуй, он единственный, кого мне, — она озорно улыбнулась, — то есть тебе не удалось обмануть. Который день не могу спокойно спать! Я еще в больнице подумывала, как бы его совратить.

Она расхохоталась.

— Что ты несешь?! Я там чуть не погибла!

— Это место навевало мне какое-то фригидное состояние, — она не слушала меня, — и я решила подождать, пока мы вернемся домой.

— Ты меня не слышишь?

— Как и ты его.

— Кого?

— Это хорошо, что ты забыла… А кто это так жалобно повизгивает?

— Мой телефон…

Я бросилась к трубке. На панели высветился неизвестный номер.

Я ответила. Звонил Глеб… Викторович.

— Это он! — прошептала я, закрыв мембрану ладонью.

— Красавчик! Он читает наши мысли. Что хочет?

— Встретиться.

— Вот видишь, наш Глебушка уже соскучился. Поломайся для приличия и соглашайся… Стой! — крикнула она. — Не сегодня… потом… пусть помучается. Учить тебя всему нужно…

— Глебушка?! — Я сморщилась. — Фу…

— Ну, хорошо, хорошо! Будем называть его Док.

@

Я вошла в Сеть… Почта была переполнена. Я просматривала каждое письмо, улыбаясь или морщась. Писанины минимум на вечер, даже больше… По крайней мере, будет чем занять себя в ближайшее время.

Вкладка «Архив сообщений». Я заплакала. Мне было почти физически больно. Как же так получилось? Почему?..

Маргарита))) (21:35)

Благодарю за дружбу))

Брат по разуму* (21:35)

и что дальше?))

Маргарита))) (21:35)

А ничего!.. Я теперь твой друг! Можешь этим гордиться! Вопреки законам жанра, финал нашего романа не соответствовал ожидаемому хеппи-энду. А вот и эпитафия…

Брат по разуму* (06:13)

Спасибо за урок, Ева. Я надеялся, что мы останемся близкими людьми. Действительно жаль…

Я не помню, сколько времени просидела перед экраном. Я не помню, сколько раз прочитала эти сообщения. Я не могу сказать, сколько раз я их не прочитала… И сколько могла бы прочесть…

Я набрала полную грудь воздуха… и на выдохе написала, продолжая наш последний диалог:

всё последнее — это тебе…

я выхожу лишь дышать… ты знаешь, как это больно — вставать и плестись к балкону, как взбухшие вены глотают иголки и высыхает мгновенно рот… а впрочем… впрочем, тебе все равно…

все откровения — тебе…

грубости строк, подковырки, топорные звуки под языком, на ужин вчерашний мартини, оливки и сыр — все, что ты любишь… любить до безумия просто… сложнее потом — на безусловных рефлексах, от края до края, по колее… статус «не беспокоить»…

не хочу в монитор, как в окно… ловить твои взгляды и вздохи, пустые слова в дополнение к дыму… не срослось… ну что ж, се ля ви… тот, кто рушил, поймет… в доме запах прогорклого кофе и чьих-то стихов, а впрочем, мне по… мне все равно.