– Ничего себе, - хмыкает он и отходит от меня, - вот тебе и благодарность.

Я поднимаюсь наконец-то с карачек и поднимаю на него глаза.

– Спасибо, - говорю я, - и извини за идиота.

– Эй, Чита, мужик мужика всегда поймет, - и он легонько кулаком толкает меня в плечо и выходит. Замечательно! Я выходит теперь ещё и мужик.

Этим вечером, когда ложусь спать, я почему-то никак не могу уснуть. Ворочаюсь из бока в бок. Вдруг я слышу тихий стук в дверь, и она открывается без моего разрешения.

– О, Боже, - говорю я и прикрываюсь своим одеялом. Это он. Микаэл, в одних боксерах. Он ухмыляется, этой своей наглой ухмылочкой. Он, молча и очень медленно, подходит ко мне, затем садится передо мной на корточки и касается моего лица, а я чувствую нарастающий трепет во всем теле. Я смотрю в его бездонные шоколадные глаза.

– Что ты здесь делаешь?
– тихо спрашиваю я его, он удивленно поднимает брови.

– Как? Ты разве не знаешь?
– он смотрит на меня так нежно, как, пожалуй, никогда не смотрел.

– Нет, - отвечаю я, - не знаю...

Мои мысли только о том, поцелует ли он меня, потому что его лицо очень близко и наши губы должны вот-вот встретиться.

– Я пришел, - говорит он, не отводя глаз, - чтобы избавить тебя от невинности...

Я открываю глаза от громкой музыки будильника. Боже мой! И присниться же! Боже! Микаэл! Мне даже стало смешно, и я не отказываю себе в этом желание.

Микаэл.

Я встаю за пять минут до звонка будильника. Сердце колотится, как сумасшедшее. Опять этот сон. Каждую ночь. 'Пусть и для него это будет уроком' - произносит один и тот же голос, слышится оглушающий звук выстрела, и мой отец мертвый лежит в собственной крови. Черт!

Погосян вчера звонил мне, пока мы с Мариной игрались в ее машине, хотел, чтобы я с ним увиделся. А раз так, выхода у меня не было. Власова же хотела, чтобы мы поехали к ней, ненасытная девчонка. Она красивая, и вполне в моем вкусе, хоть и первоклассная стерва. И ее парень, явно олень с огромными рогами. В общем, классное сочетание. Я не поехал к ней, как и всегда, такие девочки наскучивают после первого раза, но она мне ещё могла быть полезна в этом болоте - лицеи 'Изумрудный'.

Я захожу в ванну и вспоминаю, в какой позе вчера застал Читу, это невольно вызывает улыбку, а потом, как она покраснела...и этот аромат от ее кожи, такой легкий и сладкий, напоминающий какой-то фрукт, но я никак не мог вспомнить какой именно. Но я не буду думать об этом.

Позже, после душа, на сей раз, не столкнувшись с профессорской дочкой, я иду вниз, где из кухни доноситься приятный запах оладьей.

– Доброе утро!
– кидается ко мне с намерением обнять Лешка, я останавливаю его на расстояние вытянутой руки.

– Притормози, парень, - говорю я, - мужчины не обнимаются.

Я вижу, как хмурится Юрий Викторович, но не говорит, ни одного слова, а Лешка, слегка надув свои щечки садится на свое место. Он чудный малый, но он не моя семья, они все не моя семья, и не стоит мне привязываться хотя бы к одному из них.

– Можешь взять оладьей, - говорит мне профессор, указывая на тарелку. В этот момент заходит Рита, в очередной безразмерной футболке, она не смотрит на меня, а наклоняется и целует брата, тот хмурит бровки и отталкивает сестру.

– Мужчины не обнимаются, - повторяет он мои слова, и я удостаиваюсь гневного взгляда серых глаз, черт, а мне даже нравится.

– Кто тебе сказал такую чушь? Папа очень часто обнимает меня и тебя, но он ведь мужчина, и еще какой, да?
– она внимательно смотрит в доверчивые голубые глаза ребенка, и ее брат медленно кивает и, обнимая сестру, целует. Я нахожу улыбку на лице профессора полную любви, и думаю о том, что было бы клева, если бы мой папа был жив и улыбался бы мне точно так же.

– Ты меня обманул!
– тычет в меня пальчиком малой.

– О` кей, - соглашаюсь я, жуя оладушек, - не все, а только я.

– Почему?
– спрашивает неугомонный мальчик.

– Не люблю.

– Почему не любишь?

– Это не касается маленьких заср...

– Сегодня я вас отвезу в школу, - перебивает меня профессор.

– Я поеду на велосипеде, - отзывается Чита, и ее отец не возражает.

– А ты не будешь по мне скучать?
– ради забавы спрашиваю я, и ловлю суровый взгляд профессора, но он вновь ничего мне не говорит.

– Вряд ли, - отвечает Рита. Я слегка к ней наклоняюсь, вновь чувствую аромат этого фрукта...такого знакомого. Что это, черт возьми?

– Это ты сейчас так говоришь, а что будет, когда я начну тебе сниться?

Я на мгновенье вижу изумление, мелькнувшее в ее глазах, затем она их опускает и краснеет. Бог ты мой, это так забавно, готов смотреть на это вечно, не знал, что такие девушки ещё живы.

– Микаэл, - отрывает от моего веселья голос профессора, а я уж и не чаял, что он начнет реагировать, - пойдем в мой кабинет. На пять минут.