– Ты спишишь, а Азат?
– растягиваю я губы в улыбке, - что задница горит?

Погосян выдыхает, смотрит на Азима, тот ни секунды не медля, заряжает мне в живот...ох, твою мать!

– Либо мы едем, либо я тебя застрелю.

Я выдыхаю, это у меня выходит с болью.

– У меня другое предложение, - говорю я.

– Неужели?

– Ага, - я кидаю короткий взгляд на Эдо, - иди в задницу со своими 'либо'. Ты не хера не получишь. Ни денег, ни моих родных. Мой папа обвел тебя вокруг пальца.

У Погосяна напрягается лицо. Его глаза становятся холоднее сталли. Он встает на ноги и отходит к своему стулу. Некоторое время молча думает. Затем поворачивается.

– Ладно, - говорит он, - раз так.

Он достает пистолет из-за пазухи и наставляет на меня. Я чувствую, как страх сковывает меня. Но я никогда в жизни не дам деньги этим уродам, тем более я уверен, что даже если я переведу их, для меня существует один конец. Ведь это понятно даже школьнику. Самое главное, что мама и Софи в безопасности. Я уверен Лапушка позаподится о них.

– Ты обещал его оставить в живых - подает голос Эдо.

– Хочешь на его место?
– Погосян перенаправяет пушку и парень смолкает, - то - то же.

Пушка вновь наставлена на меня.

– Кончай его, - не терпится Азиму.

– Ладно, - выдыхает Погосян, - привет, папе.

Я слышу оглушающий выстрел, и вижу, что последний момент, Эдо кидается на руку Погосян и пуля пролетает в сантиметре от меня.

– Эй, укушанный, - Азим за шкирку отбрасывает Эдо и без колебаний нажимает на курок уже своей пушки. Мой другш вскрикивает и затихает.

– Ахпер!
– мне кажется, я слышу свой крик со стороны.

– Вот сука, - Погосян пинает уже бездыхание тело моего друга, затем брезгливо морщится, - вот, что бывает со стукачами. Ну, готов вслед за другом, вдвоем веселее, а? Или ты готов пойти на мир?

– Иди на х..., - говорю я сквозь зубы. Смотрю в его темные непроицаемые глаза, и вижу там лишь гнев и обиду.

– Кончай и его, - говорит Погосян, - он бесполезен.

Азим наставляет пистолет на меня, я на мгновенье закрываю глаза.

– Стоять полиция!

Я открываю глаза, помещение наполняется людьми в спецовки. И в какую-то долю секунды, мой взгляд встречается с взглядом шестерки Погосяна. Я слышу звук выстрела, но не могу понять кто стреляет и в кого. Ну, судя по тому, что меня где-то слева пронзает жгучая боль, попадают в меня.

Говорят, что перед смертью перед глазами промелькает все, что было. Это лож. Я ощущаю лишь сожаление от того, что не сделал. Я не смог признаться в чувстве, от которого бежал, как от огня. И в моей голове лишь один образ сероглазой девчонки. Она мне мило и смущенно улыбается.

– Микаэл, открой глаза!
– голос профессора звучит, как приказ, а приказы нужно выполнять.

Я действительно вижу склоненное лицо обеспокоеного профессора. Только оно не четкое. Расплываются контуры.

– Почему ты ушел?
– спрашивает он меня.

– Они сказали...- слова даются мне с трудом, глаза закатываются и где-то слева жуткая боль, обжигающая и достающая до позвоночника, - Рита у них...

– Рита? Но...Держись, слышишь? Скорая уже едет..Поговори со мной...

– Знаете...проф, - говорю я, - вы... меня убьете... но кажется... я люблю... вашу дочь...

Я слышу вдох профессора, невольно улыбаюсь, чувствуя, как ухожу от реальности. Теперь все. Отличный конец для такого придурка, как я.

Эпилог

Две недели спустя...

Маргарита

Я стою перед большими черными коваными воротами. Ветер завывает, но это меня не пугает. Мне страшно переступить черту. Но пришел тот день, когда пора. Я должна увидеться с любимым человеком. Пусть и не по-настоящему. Но так, кажется, я буду немного ближе.

Я делаю шаг и чувствую, как меня сковывает страх. Все мышцы в раз напрягаются и я, словно, прирастаю к земле. Я закрываю глаза и делаю два глубоких вдоха. Ещё шаг. Ещё шаг. Не отрывая глаз. Не забываю про дыхание. Затем открываю глаза, стараюсь не обращать внимание на легкое головокружение, и бешено стучащее сердце. Снова делаю шаг, слежу за дыханием. И да, я могу.

Мое сердце больно сжимается, когда я вижу черный мрамор и возвышающегося над ним ангела. Он печально склонил голову и сложил руки, словно в молитве. И в этот момент я уже не чувствую страх, я чувствую сожаление, я чувствую то, как я скучаю. И как я люблю.