— Пора платить по счетам! — прорычал он.

И двинул официанта локтем в живот с такой силой, что крики сменились стонами.

Рейчел спряталась за резной колонной в форме тотема. Она не хотела видеть, что будет дальше. При этом женщина знала, что никто и не ждал этого от нее, и сомневалась, что ей позволено было видеть это. Лори растерялась, но последовала примеру спутницы, и они вместе проследили, как мужчины прошли мимо. Какая-то часть Рейчел хотела выскочить и кинуться на толстяка, пристыдить его за неподобающее поведение и противоправные действия. Даже худший в мире работник не заслуживал подобного обращения! Но миссис Турман вспомнила ужасные женские крики за стеной и последовавший за этим противный звук удара и побоялась вступать в спор с мужчиной. Побоялась того, что могло случиться, если он хотя бы узнает, что она стала свидетельницей случившегося.

Мужчины остановились в нескольких шагах от затаившихся женщин. Словно ребенок, прячущийся от родителей, Рейчел обошла вокруг колонны, стараясь остаться незамеченной. Лори двигалась вслед за ней. Выглянув из своего укрытия, миссис Турман увидела, как бородатый, удерживая наказанного официанта одной рукой, другой отпер дверь ключом. Дверь открылась, и на долю секунды Рейчел удалось заглянуть внутрь. Там не было ни офисной мебели, ни занавесок, ни окон. Это была просто комната, стены, пол и потолок которой были выкрашены в красный цвет. Посередине стояла ржавая железная клетка размером с холодильник. Толстяк толкнул официанта внутрь и приказал:

— Полезай!

— Нет! — завопил молодой человек.

Рейчел ни разу еще не приходилось слышать столь душераздирающего, полного ужаса крика.

Тяжелая дверь захлопнулась и заглушила все прочие звуки.

Коридор погрузился в тишину.

Из-за угла неспешно вышли двое гостей, мужчина и женщина, безучастные к тому, что произошло всего пару секунд назад.

Сердце рвалось из груди Рейчел, и она с шумом втягивала воздух через рот. Кто-то должен был сделать хоть что-нибудь! В комнате пытали человека. Она в отчаянии оглянулась в сторону вестибюля. Но поняла, что не сможет им ничего сказать. Это был не единичный случай и не выходка полоумного садиста. Администрация курорта знала обо всем. Либо они делали вид, что это их не касается, либо это даже было частью их внутренней политики.

Рейчел могла бы позвонить шерифу или в полицейское управление. Но, где бы те ни находились, к тому времени как они доберутся до этого богом забытого уголка, преступление уже свершится, и все следы его успеют замести.

В фильме женщина устремилась бы вперед, распахнула дверь и пролила свет на подлые деяния администратора. Она велела бы праздно гуляющей парочке позвать кого-нибудь на помощь, те привели бы других гостей и работников, и бородатого толстяка и его подельников схватили бы до прибытия представителей закона. Но такое бывало только в кино. И все, на что миссис Турман оказалась способна, — это уставиться на дверь, вслушиваясь в обманчивую тишину и стараясь успокоить дыхание.

— Вы это видели? — спросила Рейчел свою новую знакомую, едва способная к речи.

— Поверить не могу, — отозвалась та.

При этом Лори не казалась такой уж потрясенной. Легкое возмущение на ее лице едва ли сочеталось с тем смятением, которое испытывала ее спутница. Она вспомнила, что и при виде мертвых крыс в саду шеф-повара эта женщина тоже не выказала ни малейшего смущения. В глазах мисс Митчелл она прочла безучастное выражение, которое по необъяснимой причине напомнило ей то эмоциональное безразличие, вызванное сомой в «Дивном новом мире» Олдоса Хаксли.

Вдоль широкого коридора между броскими дверями банкетных залов примостилось еще несколько неприметных дверей, и оставалось только догадываться, что происходило за этим звуконепроницаемым фасадом. Рейчел представила, как десятки мужчин, похожих на администратора, истязают работников, которые на несколько минут опоздали на работу или попались на какой-нибудь незначительной оплошности. Она попыталась вспомнить лицо официанта, чтобы узнать его, если случится снова увидеть этого несчастного у бассейна. Но черты его стерлись у нее из памяти. Что ей действительно запомнилось, так это пальцы, впившиеся в плоть, и полные ужаса жалобные крики.

Первейшим делом следовало уехать отсюда.

— Идемте, — сказала миссис Турман, выходя из-за колонны.

Лори последовала за ней, словно не было ничего необычного в том, что две взрослые женщины прятались за резным столбом, в престижном отеле, посреди бела дня. Они направились обратно в холл.

— Ну, спасибо, что помогли подобрать футболку для Фредерика, — сказала мисс Митчелл, направляясь к стойке регистрации. — Пойду улажу формальности по оплате. Рада была познакомиться.

Рейчел испытала новое потрясение. Ей казалось, что хоть небольшая толика возмущения от увиденного сохранится в ее новой знакомой, и не думала, что мысли об этом так скоро изгладятся из ее сознания. Но, как видно, случилось именно это. Миссис Турман и сама чувствовала, как ее собственное возмущение непостижимым образом рассеивается. И хотя женщина поклялась сохранить его, к тому времени как она вернулась в номер, чтобы пообедать с Лоуэллом, ее страх и негодование полностью исчезли.

После обеда наступила самая жаркая часть дня. Они сказали родителям, что следующие пару часов перед турниром проведут у Дэвида в номере, поиграют в приставку, но сами решили прогуляться к каньону Антилопы, посмотреть горячие источники.

Как это ни удивительно, но идею старшим братьям подкинул Райан. Они шатались без дела и старались придумать, чем бы себя занять — спустя пару дней даже на таком курорте становилось мучительно скучно. И тогда младший напомнил об экскурсии, которую им устроили по приезде.