Шрифт:
Очнулась она от того, что Ревазов тряс ее за плечо.
– Где расписка? – дыхнул он ей перегаром в лицо. – Где моя расписка?!
– Порвала и выбросила, – ощущая вкус крови, ответила Дуська. – На хрена она мне?
– Врешь, – прошипел он. – Врешь, рыжая! Ты никогда бы не порвала ее! Ты за нее любому бы горло перегрызла, потому что возомнила, что я принадлежу тебе, как юбка из секонд-хенда!
– Порвала и выбросила, – твердо повторила Дуська, с ненавистью глядя ему в глаза. – Ты мне не нужен. Любая юбка из «секонда» лучше тебя.
Ревазов схватил Дуську за горло, начал душить, но передумал и ограничился тем, что рывком сорвал с нее талисман.
– Ты сама решила свою судьбу, рыжая, – отшвырнув талисман в угол, Ревазов опять начал пеленать Дуську веревкой.
Она зажмурилась.
Обидно было умирать, став красавицей. Она еще не нажилась в новом качестве, не надышалась, не находилась с высоко поднятой головой. Если бы она могла загрызть этого Алекса, она не только загрызла бы, но и надругалась над телом, насколько фантазии бы хватило…
– Ну вот и готово, – сказал Ревазов. – Принимай работу, рыжая гадина!
Открыв глаза, Евдокия увидела, что не просто привязана к стулу. От нее во все стороны, ко всем дверям, выходящим в огромный холл, тянутся веревки, а к ним привязаны предметы, похожие на гранаты.
– Что это? – спросила она у Ревазова.
– Дуськина радость, – заржал Алекс. – Растяжки это, рыжая! Если кто-то откроет любую из этих дверей, разнесет пол-поселка, а от тебя останется только фарш.
Похохатывая, он пошел вверх по лестнице.
– А ты? – закричала Дуська. – Если дом взорвется, ты тоже погибнешь!
– За меня не волнуйся! – крикнул Алекс в ответ. – Я бессмертный!
– И я не умру! – заорала Дуська. – Потому что рыжие гадины не умирают! Потому что со мной вся етитская сила!!! Потому что… – Она зарыдала, и не было рук, чтобы утереть эти злые слезы бессилия.
Глава 11
Виват!
– Как ты думаешь, что сейчас Дуська делает?
– Купается в роскоши. Деньги, которые она получила от нас, для нее – бешеный куш!
– Я думаю, она уехала куда-нибудь за рубеж. Ее ведь тоже милиция ищет.
– Мне иногда кажется, что Дуська не для себя стрясла с нас эти деньги.
– А для кого? У нее нет ни одной родной души. Ни котенка, ни ребенка.
– Вот, вот! Дуська по-мелкому всегда промышляла. А тут шантаж в крупных размерах. Нет, она точно завела себе мужика и попыталась его купить! А может, даже женить.
– Ага, а заодно зарезала его любовницу. Постой, это что же, она Игоря Грига отхватила, что ли?!
– Нет, дорогая, милашку Гнедулина! Завлекла его миллионом долларов! Ха-ха-ха!
– Да, мозги тут отсыревают… А Евдокия сейчас наверняка в изоляторе клопов кормит. Сто пудов ее замели, как главную подозреваемую в убийстве Покровской!
– И правильно, так ей и надо, стервозине. Знаешь, я иногда думаю, что Дуська запросто могла перерезать горло такой красотке, как Покровская!
– От зависти, что ли?
– Конечно. Дуська рыжая, страшная, бедная. А Инна – богатая, знаменитая и красивая. Чем не мотив?
– Да нет, Дуська, в сущности, добрая. В глубине души. Ее просто жизнь потрепала. Ну сама подумай: отца не было, мать пила, жила она в грязной коммуналке, а вокруг кипела красивая жизнь!
– Вот такие добрые из коммуналок и убивают.
– Ой, нет, Верунь. Что-то мне не хочется думать, что нам готовила и убирала убийца.
– Маленькие, некрасивые, бедные люди очень опасны.
– Ладно, в следующий раз наймем помогать по хозяйству богатую красавицу!
– Самое смешное, что, если наш план с Диной и Левкой сработает, мы сможем себе это позволить.
– Если выйдем отсюда…
– Выйдем, Кларунь! Обязательно выйдем! А если план наш сработает, то и из тюрьмы выйдем. Потому что большие деньги открывают все двери. Подай-ка мне кусочек колбаски! Спасибо. И ананаса кусочек! Ой, а еще корейского салатика подложи, а то у меня палец не гнется. М-м-м, как вкусно… Как же мне вкусно!