Когда она возвращалась, у нее вдруг подвернулся каблук, и Амрита, не удержав равновесия, поскользнулась на скользком каменном полу. Ухватиться было не за что, кроме разве что тонкого дерева в кадке. Но упасть ей не дали, чья-то твердая рука поддержала ее. Амрита сильно вздрогнула, почувствовав знакомое прикосновение. Глаза расширились от страха, когда она услышала знакомый голос:

— Спокойно, крошка.

— Боже мой! — воскликнула она с отчаянием, — когда же ты оставишь меня в покое?

В ее глазах показались слезы.

Минкс была одета в несвойственном для нее стиле. Она улыбнулась.

— Я не преследую тебя, дорогая. Просто приехала в Дели уладить кое-какие дела, только и всего. Наша неожиданная встреча — чистое совпадение.

— Врешь! Никакое это не совпадение. Ты шпионишь за мной… изводишь меня, превратила мою жизнь в кошмар! Что тебе от меня нужно? Отвечай, черт возьми!

Минкс продолжала поддерживать Амриту.

— Дорогая, тебе нужно купить новые туфли, — прошептала она, прижимаясь теснее. Амрита попыталась оттолкнуть ее, потеряла равновесие и растянулась на сверкающем полу. Ей помогли встать уже двое — Партха и Минкс.

Партха заговорил первым.

— Мне стало любопытно, что произошло — вы заблудились или передумали обедать со мной. — Он бережно поддерживал Амриту за локоть.

Минкс отошла и вопросительно посмотрела на них. Амрита не знала, как их представить друг другу. Партха спокойно протянул руку Минкс.

— Это… моя старая подруга, она из Бомбея, — пролепетала Амрита.

Партха приветливо улыбнулся.

— Отлично! Присоединяйтесь к нам?

— Она торопится, — в панике начала Амрита, но Минкс перебила ее:

— Отличная идея. Всегда хотела отведать здешнюю кухню. В Дели у меня сумасшедший график, и на мелкие радости вечно не хватает времени.

Амрита не могла проглотить ни кусочка, слушая непринужденную болтовню Партхи и Минкс. Казалось, они знакомы целую вечность. Девушка чувствовала себя лишней. Она потягивала вино и грызла крохотный луковый хлебец. Минкс обличала коррупцию Северного блока и жаловалась, как трудно перевести дело из отдела А в отдел Б. Партха был явно заинтригован.

— Боюсь показаться бестактным, но я все-таки журналист, мне простительно. Чем вы занимаетесь?

— О, я профессиональный стряпчий. Меня называют специалистом по связям. Проще говоря, я делаю так, чтобы мои клиенты получали то, что им нужно — лицензии, разрешения, гранты. Вы понимаете, о чем я. В меру своих сил я делаю за них всю грязную работу.

В глазах Партхи засветился неподдельный интерес.

— Было бы интересно написать об этом. Не хотите написать о своей работе? Или мы сами можем найти автора. Читателям будет любопытно узнать, как важный документ продвигается по коридорам министерства. Проследить весь его путь из Бомбея до того, как он ляжет в ожидании подписи на стол какой-нибудь большой шишки. Вместе со всеми взятками, большими и маленькими. Вы могли бы это сделать?

Минкс закурила свои «Cartier», приглашающим жестом пододвинула пачку Партхе, откинулась на спинку стула.

— Возможно, — задумчиво сказала она. — Я давно ничего не писала.

Партха не стал настаивать и перевел взгляд на Амриту.

— И давно вы знаете это божественное создание?

Минкс погладила Амриту по щеке.

— Она и вправду особенная, единственная. Мы старые друзья. Амрита — дитя… крошка… она слишком доверчива. Бомбей — большой, опасный город. Я — ее ангел-хранитель.

Партха рассмеялся.

— В самом деле? А у меня создалось впечатление, что юная леди способна сама позаботиться о себе.

— Вы мало ее знаете. Немногие знают ее по-настоящему. Она — как хрупкий цветок.

Партха приподнял брови.

— Хрупкий цветок? — иронично переспросил он. — Какой-то конкретный цветок?

— Да, редкий и драгоценный цветок шафрана. Вы когда-нибудь видели цветущий шафран?

Партха с сожалением отрицательно качнул головой.

— Мне повезло, я видела, — похвасталась Минкс. — Когда я впервые увидела Амриту, то сразу поняла, что она мне напоминает — нежнейший цветок шафрана, что ценится за аромат, который он источает, когда ломаются тычинки.

Партха вздрогнул, Амрита густо покраснела.

— Оригинальные у вас ассоциации! Даже становится как-то не по себе. Но я вас понимаю, Амрита прекрасна.

Амрите до смерти хотелось домой, но Партха спросил:

— Ну, цветок шафрана, вы готовы к съемке?

Амрита кивнула, Минкс нежно погладила ее волосы.

— Моя крошка выглядит такой усталой. Давайте сделаем так: я подвезу ее, а вы возвращайтесь на совещание редакции. Думаю, оно вот-вот начнется.

— Откуда вы знаете? — удивленно воззрился на нее Партха.