— Скоро рассвет, — воровка соскользнула в комнату, — и раз уж ты проснулся, я ложусь спать. Вряд ли по наши души придут с первыми лучами солнца.

Я пожал плечами и, придвинув к себе блюдо с поросенком, начал ранний завтрак. Действительно, если убийцы не пришли ночью, утром им здесь тем более нечего делать. Холодное мясо было превосходным, а с холодным же пивом пошло на ура, так что я едва не пропустил приход гостей.

Небо уже начало сереть, когда я увидел крадущегося между гостевых домов Сирега. Трактирщик осторожно двигался в нашу сторону, прикрывая рукой от ветра небольшую свечу.

— Эй, поднимайтесь! — шепотом позвал я и принялся трясти своих спутников за плечи. — За нами пришли.

Три не выспавшихся злых взгляда были мне красноречивым ответом.

— Только задремала, — зло пробурчала Кира. — Ну, я им сейчас устрою.

Ламберт и Пауль молча одевались, по очереди прикладываясь к кувшину и разговаривать у них не было абсолютно никакого желания.

Я распахнул дверь прямо перед носом не ожидавшего такой подлости трактирщика. Мужчина испугано отшатнулся, расставил руки, чтобы удержать равновесие и не свалиться с крыльца. Огонек на свече мигнул и погас, но предрассветных сумерек уже было достаточно, чтобы разглядеть перекошенное лицо Сирега.

— Господа уже не спят? — он попытался скрыть свое разочарование за удивлением.

— Господа еще не спят, — ответил я. — Эти клопы в наших постелях не дали нам уснуть.

— У меня нет клопов, — Ян наконец-то принял устойчивое положение и засунул ладони за широкий кожаный пояс. — Служанки каждую неделю проверяют все матрасы.

— Ну, значит это были не клопы, — шут вышел на крыльцо, держа в руках кувшин, на дне которого еще оставалось несколько глотков пива. — Приведи наших лошадей, мы уезжаем.

— Но… как же, господа? Ведь еще рано. А позавтракать?

— В дороге позавтракаем, — оборвал его Пауль. — Лошадей приведи.

Повисла неловкая пауза. Трактирщик явно получил приказ узнать, насколько крепко мы спим и ни в коем случае не дать нам уйти. А тут мы требуем немедленно привести лошадей. Бедный Сирег оказался между молотом и наковальней и сейчас определял, кого же ему следует бояться сильнее.

Но решение приняли за него.

— Вы уже никуда не уедите, — произнес незнакомый мягкий голос, и из леса вышло восемь человек.

Семеро в черных балахонах, один в белом, они полукругом стали у крыльца, отрезая нам все пути к бегству. Капюшоны семерки в черном были глубоко надвинуты на головы, белый ассасин замотал лицо дымчатым шарфом, оставив открытыми лишь глаза. Из видимого оружия у наемных убийц были лишь палаши на поясе, но, сколько у них скрывалось под одеждой, можно было только гадать.

— Свободен, — бросил Сирегу ассасин в белом, который судя по всему и был Высшим. — Я Унириэль. Высший ассасин. Меня еще знают как Тайный Клинок.

Мне это прозвище ни о чем не говорило, но судя по мрачным теням, скользнувшим по лицам моих спутников, этот эльф был весьма опасен. Эльф? Почему опять эльф? Видящий преследует какие-то личные цели, нанимая остроухих?

Ян тем временем аккуратно отступил за спины наемников и только там повернулся спиной и быстро пошел к зданию трактира. Сделав пару шагов, он поймал затылком пустой кувшин из-под пива, и мешком повалился на траву.

— Пусть пока полежит, — пробормотал шут. — Я ему еще потом задам пару вопросов.

— Я так понимаю, господа, — я обвел ассасинов взглядом, — разговоры ни к чему не приведут?

— Совершенно верно, — кивнул Тайный Клинок. — Наш кодекс не позволит оставить вас в живых. Но если вам охота поговорить перед смертью, я не стану вам мешать. Можете высказаться.

— Вы знаете, что служите злу? — я смотрел на ассасинов, отмеряя расстояние к каждому из них. — Человек, нанявший вас, желает гибели этого мира.

— Что есть зло, человек? — эльф посмотрел мне в глаза. — Что есть добро? Мы не думаем об этом, принимая заказ. В нашей работе нет места эмоциям. Тот человек пришел к нам первым, и мы работаем на него. Если бы первыми пришли вы, то за вполне умеренную плату наше братство выполняло бы ваш заказ. А так вам придется умереть.

— Ну что ж, — я посмотрел на первые лучи восходящего солнца. — Тогда не вижу смысла продолжать этот разговор.

Ассасины мгновенно обнажили палаши и шагнули вперед. В этот же момент из глубины дома вылетело две стрелы, прошедшие в миллиметрах от моей головы и двое наемников рухнули на землю. Кира попала точно под капюшоны.

Высший сделал шаг назад под прикрытие своих воинов, одновременно швырнув меня три ножа-сюрикена. Два, летящих мне в голову я отбил ножом, третий ударился о кольчугу и бессильно упал к моим ногам.