Шрифт:
– Я нажал сразу же, как он очнулся, доктор. Я дорожу здоровьем сына, и поэтому вызвал вас сразу, как вы и просили, - оговорился отец Масти.
– Да. Хорошо. Итак, Волд, вы либо оставьте нас, либо пока я буду работать, никак не реагируйте на мои действия. Просто находитесь здесь.
– Хорошо. Да, я останусь.
Врач начал с ощупывания предплечья.
– Итак, Масти.
– Называйте меня Маст, пожалуйста.
– Итак, Маст, - он что-то присоединил к его пальцам, - сейчас будет диагностика. Она не то чтобы болезненна, но ощущения необычные. Просто не реагируй на них. Хорошо?
– он надел на его голову небольшую повязку, - эта диагностика обязана проводиться в сознании, и по её результатам я пойму, насколько хорошо сработал автоматический хирург.
– Хорошо.
Масти ощутил лёгкое покалывание в области правой руки. По его позвоночнику пробежал холодок, и он даже слегка вздрогнул от него, а потом даже дёрнул рукой. По всему его телу побежали такие же холодки и щекотка.
– Тихо-тихо-тихо, - врач положил свою руку на руку Масти, - рукой лучше пока не шевелить так энергично, как ты захотел. Смелый ты малый, - с одобряющей улыбкой посмотрел на масти врач, и Масти, посмотрев на Виктора, встретился с ним взглядом. Ему даже стало от этого легче.
Доктор смотрел на дисплей автоматического хирурга, который проверял сейчас Масти. Через минуту и щекотка и холодки прошли.
– Поздравляю тебя, Маст. Хирург сработал на отлично.
– Это хорошо.
– У тебя ещё не до конца прошёл наркоз. До полного окончания его действия осталось где-то два часа. Поэтому я бы рекомендовал спать. А потом будет перевязка. Пока что все твои полномочия по разговору с особыми агентами и прочими представителями Земли ложатся на твоего отца. Я уверен, что он правильно распорядится ими.
– Да. Верьте моему отцу.
– Я так и думал, поэтому Маст, просто отдыхай. После автоматического хирурга реабилитация тоже нужна, и ты пока ещё её не прошёл.
– Хорошо.
– Сейчас я введу тебе снотворное. Оно слабенькое. Ты проснёшься как раз, когда будешь готов ко всему.
– Хорошо.
Пробуждение было вполне естественным, за исключением того, что правая рука Масти была зафиксирована. Едва он захотел ей серьёзно пошевелить, как его одёрнул кто-то быстрым, но довольно мягким движением.
– Стоп-стоп-стоп, Маст, ты проснулся, - он услышал знакомый голос врача, - твой отец за дверью, и Винк просил оповестить его о том моменте, когда ты сможешь с ним поговорить. Ты готов к этому?
– Да, - сказал Масти, присев на кровати.
– Твоя рука в подвязке, но ты должен соблюдать некоторую осторожность. Костный материал, которым автоматический хирург скрепил твою кость, может разойтись.
– Я понимаю, хорошо.
– В целом, по моему мнению, ты готов.
– Ну, вы же мой врач, значит, вы знаете.
Масти испытывал небольшой дискомфорт из-за того, что он только что проснулся, но уже вынужден был принимать решения, но к своему небольшому удивлению, он с этим вполне справлялся.
– Я знаю, что ты захочешь сам переодеться. Но я пожалуй всё же тебе помогу. Потому что во время переодевания ты подвергнешь свою руку слишком большим нагрузкам. Пока что костный материал не вполне готов их выдержать. Я помогу тебе, Маст, хорошо?
– Да, хорошо.
Масти был в одном нижнем бельше, поверх которого был надет больничный халат. Виктор ловким движением снял его и в тот же момент надел на него что-то вроде робы, в которую масти протиснул здоровую руку, а второй рукав у неё был обрезан как раз под его руку, лежащую в подвязке.
– Теперь штаны. Если хочешь, помогай мне одной рукой. Но вторую руку не трогай.
Виктор склонился и продел стопы масти в белые штаны.
– Я дальше сам.
– Ну сам так сам, только осторожней.
Масти одной рукой кое-как натянул на себя штаны и только в конечной фазе Виктор помог ему.
– Отлично. И ещё халат сверху. Итак, ты готов выйти из этой палаты? Тебя там ждёт отец и особый агент Винк.
– Я готов, - с неподдельной уверенностью сказал Масти.
Особый агент Винк отступил, когда Масти вышел из палаты в сопровождении доктора и ему навстречу устремился отец. Он обнял Масти очень сдержанно, стараясь никак не соприкасаться с раненой рукой.
– Я очень рад. Мне сказали, что всё хорошо.
– Всё хорошо, пап. Правда, всё хорошо.
– Отлично. Это отлично, сынок. Господин Винк, он должен переговорить с тобой. Ты понимаешь.
– Я понимаю, пап. Я переговорю с господином Винком.
– Идёмте, - спокойно предложил Винк.