– Не доводи до греха, Стайни. Пей что дают. А то тебе же хуже будет…

С таким изуверским лечением оклемался я ну очень быстро. Практически за день. Но тут еще повлиял тот факт, что я не получил никаких серьезных травм, сверзившись с крепостной стены. За что следует благодарить «прыжковое средство», которое хоть и активировалось всего на мгновение, но все же заметно замедлило мое падение да изрядно возросшие в последнее время физические кондиции моего тела. Не совсем человеческого тела. Или, точнее, совсем не человеческого, а лишь искусно притворяющегося им.

Да и некогда мне разлеживаться к тому же. Пришел ведь ответ из столицы на отправленный нами запрос! Вернее, не пришел, а приехал. Его доставил самолично мой старый знакомец – ас-тарх Эрих Кован. Которого отправили к нам новым начальником римхольского отделения Охранной управы. А тьера Рабле за достигнутые в последнее время – прямо скажем, не без моей скромной помощи – успехи ожидал перевод с повышением в столицу.

Стоило получить от Кейтлин такие сногсшибательные известия, как удержать меня в постели стало просто невозможно. Не слушая никаких возражений моих мучительниц-целительниц, я быстренько оделся подобающим случаю образом и из дому умотал. Отправился с Кованом повидаться… Я же так давно об этом мечтал… Буквально со дня своего появления на Коуриджской женской каторге!

Да и ас-тарх, как вскоре выяснилось, тоже был весьма рад меня увидеть. Судя по тому радушию, с которым он меня поприветствовал, да тому, с каким энтузиазмом начал немедля живописать перипетии в столице. Где, по его словам, малый императорский совет едва ли не двое суток кряду заседал, решая, как отнестись к нашему прошению. То ли разрешить, то ли запретить, то ли вообще запереть где-нибудь эдаких экспериментаторов от греха подальше…

Только сбить меня всем этим с толку ему не удалось. Я не забыл, зачем пришел… И продолжал смотреть оценивающе на ас-тарха, то налево голову склоняя, то направо. Прикидывая, примеряясь…

– Что с вами, сэр Кэрридан? – прервался и спросил, обратив таки внимание на мое странное поведение, Кован.

– Да вот никак не могу решить, какой глаз вам подбить – правый али левый… – простодушно сознался я. – По-вашему, как красивше выйдет?

– Гхм, – подавился следующей фразой не ожидавший такого Кован и осторожно осведомился: – Позвольте узнать, а за что вы хотите набить мне рожу, сэр Кэрридан?..

– А что, разве не за что? – возмутился я и с неприкрытым сарказмом вопросил: – Или то, что леди Энжель, сдавшись имперским властям, будет отдана под суд и отправлена затем на жуткую каторгу, входило в наши договоренности?

– Нет, не входило, – вынужден был признать справедливость моего упрека Кован. Да тут же попытался оправдаться: – Но это подразумевалось само собой! Ибо все должно быть по закону!

– По закону?! – совсем уж вскипел я и прорычал, надвигаясь на серомундирника: – А вы сами на той каторге посидеть не пробовали?! Чтобы понять, каково там будет хрупкой девушке?!

– Не пробовал, – сознался Кован, отодвигаясь от меня и несколько смущенно одергивая рукава форменного мундира. Да тут же сам перешел в атаку, с непоколебимой уверенностью заявив: – Но тем не менее ваш упрек не вполне справедлив, сэр Кэрридан. Ибо леди Энжель была отправлена мной не абы куда, а на самую образцовую каторгу!

– Ах-ах! Образцовую! – не выдержав, засмеялся я в голос. – Хорошая шутка! – С жалостью посмотрев на ас-тарха, я сказал ему: – Советую вам как-нибудь побывать там, на этой вашей образцовой каторге. Чтобы убедиться, что все там не так радужно, как это выглядит на бумаге!

– Вы неправы, сэр Кэрридан, – хладнокровно ответствовал Кован, которого, похоже, ничто не может пронять. Пояснив, что он имеет в виду: – Бумаги на самом деле никогда не врут. И Коуриджская женская каторга действительно является образцовой. Хотя бы потому, что количество повторно совершенных преступлений лицами, побывавшими на ней, на порядок ниже, нежели среди бывших узниц других каторг.

– Вы просто не знаете, какими методами такие успехи достигаются! – фыркнул на это я.

– А это и не важно, – срезал меня Кован. – Главное, что свое предназначение каторга действительно выполняет. – Он невозмутимо сцепил пальцы рук. – Кстати, хотел вас поблагодарить за то, что вы осадили тамошних набольших. Начали слишком наглеть в последнее время. Но полученного урока им надолго хватит. Изящная комбинация у вас получилась, бесспорно. Да еще и ударила их по самому больному – по кошелю, – вроде как похвалил меня даже ас-тарх.

– Э-э-э… – растерянно проблеял я, сбитый с толку неожиданным заявлением Кована. И невольно озвучил сразу возникший у меня вопрос: – А вы-то откуда знаете об уроке, который я преподал этим чинушам?

– Так как не знать, если в императорскую канцелярию поступила петиция от лица жителей небезызвестного вам городка со слезной мольбой не передавать Коуридж вам в ленное владение и оставить его коронным, как прежде, – пояснил, разведя руками и пряча улыбку, серомундирник. – Разумеется, нашей управе немедля было поручено разобраться в причинах всего этого, – добил он ошарашенного меня.