За всей этой суетой как-то незаметно подошел день, когда пришла пора и нам выдвигаться к цели. Сверхмощный кличчер, сотворенный Кейтлин специально для этой цели, донес до нас зов отряда, достигшего оговоренного места.

На следующий день, как только солнышко немного прогрело воздух, мы вылетели. Я, Кейтлин и Энжель – на одной виверне, а Кристоф, Джегар и Лютер – на другой.

Прокатились славно! Аж дух у всех захватывало, когда мы то взмывали ввысь, преодолевая очередной горный отрог, то стремительно падали вниз и проносились буквально над самыми верхушками деревьев, коими обильно поросли здешние ущелья и долины. С одной стороны, даже хорошо, что мы из нежелания попасться на глаза кому-то из истинных владык здешних небес избрали такой сложный маршрут движения, вместо того чтобы величаво плыть под облаками, разглядывая с выси тонкие голубые нитки рек и ручьев, змеящиеся шрамы горных отрогов и похожие на клочки травы рощи и леса.

Порадовало также и то, что до места, до которого наш отряд добирался по земле почти шесть дней, мы долетели всего-то за пару часов! Это просто несопоставимо!

– Все-таки хорошо, что мы не прибили тогда виверн, – поделился я с Кейтлин, когда мы приземлились на опушке небольшого леса, под сенью которого расположился наш отряд.

Кейтлин со мной согласилась. Хотя и заметила, что это транспорт исключительно для теплого времени года. Зимой на вивернах не полетаешь – ведь околеешь буквально за пару минут.

– Что верно, то верно, – поддержал свою госпожу Джегар, ставший необычно словоохотливым после полета.

Чуть передохнув, а заодно и перекусив, наша группа летунов, потерявшая Кристофа, остававшегося присматривать за вивернами, отправилась дальше, уже на своих двоих. Неслабый такой пеший поход нас ожидал – длиной в восемь миль. Ну да ничего, вполне посильный. И для нас, шагающих практически налегке, и для команды наших наемных работников под предводительством Джозефа Тирага, которые тащили уйму всякой всячины, потребной для проведения ритуала. Да что говорить – одного алхимического мела, по-моему, было как бы не полтора десятка мешков! С изрядным запасом, конечно, набрано всего, но то вполне понятно: если вдруг не хватит чего, взять его здесь неоткуда.

Пусть с двумя непродолжительными привалами, но до наступления темноты мы добрались до заранее присмотренного нашими следопытами места под лагерь. Дошагали-добрели до разрушенного практически до основания старого замка, от которого уцелела лишь одна башенка. Тут и порешили временно разместиться. Хорошее место-то. И отлеты-прилеты дракона, обитающего всего в миле отсюда, прекрасно видно, и размещение за каменными стенами всяко лучше того, чтобы остаться посреди дикого леса.

Пока располагались, вечер наступил. И к нам пожаловала Хисса… прямо-таки излучающая расстройство тем фактом, что ей не удалось обнаружить ни одного водоема поблизости. Это ведь означает, что столь любимая ею рыбалка срывается! Ну да я ж, предполагая подобное, на всякий случай захватил для кошки пару хороших рыбин. И не абы каких! Зеркальных карпов! Втихую отловленных из крошечного пруда, расположенного позади принадлежащего римхольскому градоначальнику дома.

Явился, в общем, мой талиар во всей свой зловещей красе. И… И, кажется, не только мы с Кейтлин испытали одинаковые чувства и, закатив глаза, хлопнули себя раскрытыми ладонями по лицу, покачав головой, но и Хисса, повторившая тот же жест, но уже лапой в силу отсутствия у нее рук, когда при виде внушающей оторопь огромной демонической кошки Энжель с детской непосредственностью восхитилась:

– Ой какая кошечка-ня! – и немедля устремилась к ней со всей возможной скоростью.

Впрочем, до Хиссы она так и не добежала, хотя я уже напрягся немного и готов был подавить своей волей любую попытку талиара причинить вред моей подопечной. Выражение наших лиц остановило златовласку и заставило смущенно спросить:

– Переигрываю, да?..

– Еще как, – подтвердила, хмыкнув, Кейтлин.

– Ладно, не буду тогда, – немедля решила Энжель. И уже спокойно подошла к Хиссе. Постояла немного, разглядывая ее, и что-то тихо-тихо ей сказала. После чего развернулась и направилась в лес… А излучающая в эмоциях недоверчивость Хисса – за ней…

– Что она там такого ей наговорила? – озадаченно вопросила наблюдающая столь необычную картину Кейтлин.

– Я сам не понял, – пожав плечами, сознался я. – Что-то про рыбок и птичек…

Впрочем, кое-какое подозрение насчет того, что затеяла златовласка, у меня возникло довольно быстро. Которое переросло в догадку сразу же после того, как до меня донеслись слабые отголоски стихиальных эманаций, сопутствующих всякому применению магии, а следом из леса раздалось довольное урчание Хиссы. Ну а последние сомнения в верности предположения исчезли, когда излучающая довольство демоническая кошка вернулась к нам, слизывая на ходу с морды капельки крови и чьи-то цветастые перья. И преспокойно везя Энжель на своей спине! Притом что вид тех же лошадей, таскающих на себе людей, всегда вызывал у моего талиара чувство снисходительного пренебрежения!

– Ди Самери, но как тебе это удалось?.. Кошка ведь никого к себе, кроме Стайни, не подпускает! – вырвалось у растерянно хлопающей глазами Кейтлин при виде всего этого.

– Оно само как-то получилось… – прикусив нижнюю губку и виновато потупившись, пролепетала Энж. И тут же, стряхнув с себя образ раскаивающейся в совершенном проступке маленькой девочки, весело прощебетала: – Кэр, ты только не обижайся, но я рассказала Хиссе, что ты для нее рыбку приготовил!

– Ну знаешь ли. – опомнившись, прошипела сузившая глазки демоница, поняв, что над ней подтрунивают.