Самый лучший в мире парень.

Мне хочется дочитать эту запись, но я не могу. Каким надо быть идиотом, чтобы забыть добавить яйца?

Перелистываю еще несколько страниц.

Сегодня, они забрали моего отца.

Я сажусь ровнее.

Сегодня, они забрали моего отца.

Я ничего не чувствую. Появятся ли чувства? Или может я чувствую все сразу. Все, что я могу делать - это сидеть тут и смотреть на стену. Я чувствую себя такой беспомощной, будто должна и не могу что-то сделать.

Все изменилось, и у меня болит в груди.

Сайлас продолжает приходить к нам, но я не хочу его видеть. Я никого не хочу видеть.

Это несправедливо. Зачем заводить детей, если ты собираешься совершить глупое дерьмо и оставить их? Папа говорит, что это все недоразумение и правда выйдет наружу, но мама плачет, не прекращая.

Мы больше не можем пользоваться нашими кредитными карточками, потому что все счета заморожены. Телефон звонит без остановки, а Джанет сидит на своей кровати и сосет палец, как делала это, когда была маленькой. Я просто хочу умереть.

Я ненавижу того, кто сделал это с нашей семьей. Я даже не могу...

Перелистываю несколько страниц вперед.

Мы должны съехать из нашего дома. Так сказал папин адвокат. Дом подлежит конфискации в счет погашения долга отца по решению суда. Я знаю это только потому, что подслушала разговор адвоката и мамы. После его ухода, мама закрылась в ванной и не выходила оттуда два дня.

Мы должны освободить дом в пять вечера. Я начала собирать кое-какие наши вещи, но я понятия не имею, что лучше всего нам взять с собой. Или куда мы собираемся идти.

Неделю назад у меня начали выпадать волосы. Огромными клоками, когда я расчесываюсь или принимаю душ. А вчера Джанет попала в передрягу в школе, расцарапала лицо девочке, когда та начала насмехаться над ней из-за того, что наш папа попал в тюрьму.

На моем сберегательном счете есть пара тысяч долларов, но серьезно, кто сдаст мне квартиру? Я не знаю что делать.

Я до сих пор не видела Сайласа, но он приходит каждый день. Я заставила Джанет прогнать его.

Я сбита с толку. Все обсуждают нас, даже мои друзья. Анника случайно добавила меня в беседу, где они отправляли друг другу демотиваторы о тюрьме. Хотя, если задуматься, сомневаюсь что это получилось случайно. Она с радостью вцепится в Сайласа. Теперь у нее есть шанс. Теперь, когда он поймет, как опозорилась моя семья, он больше не захочет со мной общаться.

Тьфу. Что я был за человек? Почему она так подумала? Я бы никогда… Не думаю что я когда-либо…

Я бы смог…?

Захлопываю дневник и тру лоб. У меня начинает болеть голова, и я понимаю, что до сих ничего толком не выяснил. Я решаю прочесть еще одну страницу.

Я скучаю по своему дому. Но он больше не мой, разве я могу продолжать так его называть? Я скучаю то тому, что было моим домом. Иногда я приезжаю туда, просто стою на дорожке и вспоминаю. Я даже не знаю, была ли наша жизнь такой замечательной до ареста папы или же я просто жила в пузыре из роскоши. По крайней мере, я так не чувствовала себя. Будто какой-то неудачник.

Все что делает мама, это пьет. Теперь она больше не заботится о нас. Отсюда возникает вопрос, а заботилась ли она раньше вообще, или мы с Джанет были всего лишь частью ее гламурной жизни. Потому что сейчас ее заботит только собственное состояние.

Я переживаю за Джанет. У меня хотя бы была настоящая жизнь с настоящими родителями. Она еще маленькая. Это оставит след в ее жизни, потому что она не узнает каково это - иметь полную семью. Она все время ходит сердитой. Я тоже. Вчера я издевалась над этим ребенком, пока не довела ее до слез. Это было приятное чувство. И так же неприятное. Но как сказал папа, до тех пор пока я злее, чем они, они не доберутся до меня. Я просто буду бить их до тех пор, пока они не оставят меня в покое.

После уроков я виделась с Сайласом. Он купил мне бургер, а после отвез домой. Он впервые увидел в какой яме с дерьмом теперь мы живем. Я увидела на его лице шок. Он высадил меня, а через час я услышала шум газонокосилки. Сайлас поехал домой, привез газонокосилку и какие-то инструменты, чтобы привести в порядок наш двор. Я бы хотела, чтоб этот его поступок вызвал во мне нежные чувства к нему, но это лишь смутило меня.

Он делает вид, что ему наплевать на то, как изменилась моя жизнь, но я знаю что это не так. Он такой. А я не та, кем была раньше.