– Спасибо, Нацу...

– Да что, вы Аарониеро-сан, мне не трудно, - еще шире улыбнулся нумерос и протянул Эспаде его занпакто.
– Хотя, кое-что у вас потом я все-таки могу попросить.

– За это - хоть луну с неба, - ответил Новена, смеясь и плача одновременно.

– Не искушайте меня, - Нацу обернулся к "зрительским трибунам".
– Правда, я - молодец?

– Еще какой!
– Нелиель Ту Одершванк, бывшая Трессера Эспада, пребывавшая ныне в своей "взрослой" форме, незамедлительно оказалась рядом, сгребая Нацу в охапку.
– Ты самый большой молодец, который только бывает!

– Эй-эй-эй! Только без рук!
– запротестовал блондин, впрочем, отбиваясь от сюсюканий и жмяканья не слишком активно.

– Не думал, что когда-нибудь увижу нечто подобное, - протянул Челуте, вставая со своего места.
– Все-таки эта штука обладает страшной силой...

Взгляды всех арранкаров находившихся в помещении невольно переместились на тот самый пьедестал, на котором все еще сверкала Хоугиоку.

– И, похоже, истинная правда, что только гений или безумец способен справиться с нею, - с натянутой усмешкой произнес кто-то из небольшой группы зрителей.

– Ниррге, Наким, Рэдда, Калиас, еще раз большое спасибо, что помогли мне с созданием этого комплекса!
– выпроваживая гостей из моего тайного убежища, построенного совсем недавно, я старался не демонстрировать легкий мандраж.
– Челуте-сан, за доставку почты отдельная благодарность. Нел-тян, будь любезна, присмотри там по дороге, за Аарониеро-саном, а то мало ли что. Мне тут пару мелочей доделать надо, скоро увидимся, обещаю.

Захлопнув за шумящей толпой белую створку, я задвинул засов и тяжело вздохнул. Блин, жаль не доведется увидеть реакцию Айзена на появление этой группы в Лас Ночес, но да ладно, есть вещи и поважнее сиюминутных удовольствий.

Пройдя по диагонали через широкий зал, я с натугой выдвинул из стены большой черный контейнер, покрытый вязью экранирующих кидо. Кажется, его присутствие никто из недавних гостей не заметил. И это хорошо - никто сюрприз не испортит! Сдвинув крышку, я сунул моську внутрь.

– Ва-а-а?

– Привет, Ванёк! Давно не виделись!

Протянув руку, я помог Вандервайсу выбраться наружу.

– У меня для тебя что-то есть!

Увидев свой любимый шарик-со-стаканчиком, арранкар радостно загугукал. Оставив Вано развлекаться с игрушкой в центре "фокусирующей гектограммы", начерченной мною чисто для антуража, я быстро поднялся по каменной лесенке обратно к Хоугиоку. Ну, не подведите меня святой Кондратий и пророк его сторож Матфей! Краеугольный камень пирамиды коварных замыслов не должен был рассыпаться. Все-таки, успех этого действа был одной из тех причин, которая вообще побудила меня влезать в опасные игры с Айзеном и Готеем. Почти такой же веской, как одна желтоглазая бестия!

Мои пальцы коснулись Хоугиоку, и артефакт, как и прежде, послушно откликнулся на это движение. Теперь следовало действовать мягко и аккуратно...

Сфера света поглотила в себе очертания Вандервайса на какую-то долю мгновения, но в этот раз уже этого оказалось достаточно. Существо, замершее в центре круга, почти не изменилось. Разве только с загрубевшего лица пропали все юношеские конопушки, да добавилось немного морщин, делая внешность Вандервайса чуть старше, лет на пять, не больше. А еще метаморфоза затронула глаза арранкара. Их радужка переменила цвет, приобретя взамен прежнего блеклого розового насыщенный темно-карий оттенок. А еще в этих глазах появились разум и понимание.

Деревянный стаканчик тихо упал на пол. Тяжелый эспадон, висевший в ножнах за спиной у арранкара, подернулся легкой дымкой, и растаявшее занпакто вновь соткалось на поясе у Вандервайса изящной рапирой.

– Нацу, - под сводами зала раздался молодой, но твердый и уверенный в себе голос.

– Вандервайс-сама, - я спрыгнул вниз, приложив руку к груди и слегка склонив голову.

– Спасибо, Нацу, - на еще незнакомом мне лице появилась улыбка.

– Не за что, Вандервайс-сама. Вы всегда были хорошим хозяином в прошлом, так что это меньшее, что я мог сделать в знак своей благодарности.

– Ох, чую, будет что-то скоро у нас такое, что мама дорогая, - басовито рыкнул Ниррге, почесывая вечную щетину на шее.

– Хоботом чуешь?
– беззлобно поддел слонопатама Наким.

– Подхребетным нервом, - заржал в ответ фраксьон Сегунды.

Оба громадных арранкара неторопливо брели по пустыне в сторону купола, растущего на горизонте. От основной группы они намеренно немного отстали, и теперь неторопливо вели "светскую беседу", добивая бутыль коллекционного коньяка, свистнутую под шумок с недавнего пикника.

– А вообще ты прав, Нацу доиграется.

– Ага, только сам он этого не поймет.

– Так может сказать ему?

– Не, тогда какой интерес и вообще...

Оба пустых внезапно замерли. Зловещая чужая реяцу мощно придавила гигантов к земле, не давая даже пошевелиться. И что самое страшное, существо, излучавшее эту пугающую духовную энергию, стояло у них за спиной. Ниррге судорожно сглотнул и покосился на приятеля. Тот выглядел ничуть не лучше. После короткой паузы, каждый арранкар поднял левую руку на уровень груди, и на беззвучный счет "три" они кинули на пальцах, кому поворачиваться. У обоих выпало по "одному", и поэтому оглядываться парням пришлось синхронно.