Вечером, когда все звонки были сделаны, а запросы разосланы, Алексей с Толмачёвым добрались до ресторана, где их уже ждал Кулик с товарищами. Спецназ кутил широко и весело, но Барышев слегка подпортил вечеринку, попросив Кулика о разговоре наедине.

Они сидели втроём в небольшом банкетном зальчике, который им выделил хозяин заведения, и пили водку «мелкими глотками, под разговор», как пошутил острослов Кулик. Алексей рассказывал, что происходило с ним, со всеми в эти дни, недели, месяцы после возвращения из Ботлиха, и просил о встрече с его отцом.

Анатолий Степанович Кулик, отец Серёги, ещё недавно занимал пост министра внутренних дел. Сейчас генерал был в отставке, но в политику вернулся самостоятельно, с другого входа – стал независимым депутатом Госдумы. Но Алексея Кулик-старший интересовал не как депутат, а как человек, изнутри знающий систему власти, выстроенную Ельциным и его окружением, и имеющий доступ в неё, несмотря на отставку. У Барышева были большие надежды на него, ведь до министерского поста Кулик-старший дорос из внутренних войск, и кто, как не он, мог бы заступиться за свой спецназ и найти пропавшего солдата.

– Да-а-а… ситуация… – выслушав, протянул Кулик-младший. – Вопросов нет, встречу с отцом я тебе организую. Только смотри, Лёха, батя у меня не простой, он сам всё решать будет, ему советчики в моём лице не нужны. И ты ему всё прямо выкладывай. А уж как он решит, так и будет. Одно обещать могу, что он тебе прямо скажет насчёт твоего плана, какие шансы и есть ли они вообще. Отчаянный ты, Лёха, – Кулик хлопнул его по плечу и повернулся к Толмачёву: – Что, Александр Михайлович, такие люди, и в гражданском ходят, а ведь наш человек, – заулыбался он.

– Ничего, – усмехнулся Толмачёв, – На гражданке такие тоже нужны.

– Ну тогда пить водку. Крупными глотками, – поднялся Кулик. – Пойдёмте. На сегодня с делами покончено, а то парни заждались, нехорошо, не по-пацански как-то…

Кулика-старшего Алексей представлял иначе. Может, оттого, что помнил его как министра, в телевизоре, в генеральском мундире, или как персонажа знаменитой телепередачи «Куклы», к месту и не к месту повторявшего «Ё-моё!» Нет, он не думал, конечно, что Анатолий Степанович выйдет встречать его в мундире, совсем нет. Но всё же контраст с телевизором был ощутимый. И, признаться, первые полчаса знакомства в гостиной его загородного дома Алексей всё пытался понять, откуда взялось разухабистое телевизионное «Ё-моё!», настолько не соответствовало оно ни манерам, ни внешнему виду этого человека. Но так и не понял, потому что пошёл разговор об отряде, и Кулик пригласил перейти в кабинет.

Алексей много раз за последнее время рассказывал про гибель армавирского спецназа, но сейчас начал с самого начала, с того самолёта, о котором ещё никому не говорил.

Анатолий Степанович внимательно слушал, не перебивал и даже по-своему переживал эту трагедию. Во всяком случае, по его быстрому взгляду на сына Алексей понял, о чём думает Кулик-старший, ведь точно такой же отряд возглавлял его сын, и на той высоте вполне мог оказаться Серёга Кулик.

– Страшная история на страшной войне, – дослушав, заговорил Анатолий Степанович. – Не думаю, что министерство останется в стороне и не попытается защитить своих солдат. Такие трагедии, увы, и раньше бывали, но никогда ещё не обвиняли выживших. Есть же какие-то законы неписаные…

– Уже столько времени прошло, сколько шума было, – возразил Алексей. – Если бы кто-то хотел найти пропавших, уже наверняка бы начал искать, и не только на словах.

– Не могу вам ничего на это ответить. Не знаю. Постараюсь узнать, – пообещал Кулик-старший. – Спасибо, Алексей, что вы начали бороться за отряд практически в одиночестве. Это дорогого стоит.

– Уже не в одиночестве. Мне помогают. А теперь вот и союзники даже появились. Можно сказать, второй фронт открылся, – улыбнулся он.

– Мне сын сказал, что у вас есть какая-то просьба? – спросил бывший министр.

– Да, Анатолий Степанович, кажется, я придумал, как помочь делу и заставить систему отступить.

– Заставить? Систему? – удивился Кулик. – Вы знаете, что представляет из себя система и как она работает?

– Не знаю, лишь догадываюсь. Но знаете вы, поэтому я здесь и прошу вашего совета, – ответил Алексей и спросил в свою очередь: – А вам не понравилось слово «заставить»?

– Не понравилось. Многие пытались. Заставить, как вы говорите. А результат? «Иных уж нет, а те далече…», – процитировал Кулик. – Хоть и слабая сейчас власть в России, но власть. Вы не сможете её заставить. И я не смогу. Её не заставлять, с ней договариваться надо. Вот только что вы сможете предложить этой, как вы её назвали, системе? Это ведь люди, Алексей. И у каждого из них свои интересы. К сожалению, разные, и не всегда государственные. Расскажите лучше, что вы придумали, – попросил он.

– У меня большие надежды на газету были, – издалека начал Барышев. – Уверен, если бы «Аргументы» продолжали из номера в номер долбить тему спецназа, всего бы этого не было. Никто не решился бы тогда лепить из Яшкина козла отпущения. Но газета так неожиданно слила меня, что пришлось и самому делать неожиданные движения. Вообще удивительно, но в этой истории много необъяснимых переплетений. Один факт совпадения имён чего стоит. И это только то, что на поверхности. Поэтому, когда здесь мне по рукам надавали, я решил ехать в Америку и опубликовать там всё, что знаю.