Шрифт:
Наталис погладила совсем седые волосы Аллея и тихо сказала:
— Я согласна вернуться на Землю.
— Как бы я ни хотела удержать тебя, внучка, я одобряю твое решение, — послышался голос до того молчавшей Велены, — другой вариант решения был бы нечестен.
— Подождите! — устало проговорил Фертэс. — Вы еще не все знаете, и я вынужден буду вам сказать одну ужасную вещь. Дело в том, что я предвидел желание Наталис вернуться назад, и поэтому просчитал все возможные пути развития планеты Зелены и получил неутешительный результат, — он замолчал. В зале наступила тишина. — Земляне пошли по ложному пути, получив второй шанс от Создателя. У них сложилось неправильное представление о сущности жизни, о Вселенной, наконец, о великом смысле бытия, определенном Творцом. Они погрязли в мелочных склоках и дрязгах, не видя ничего дальше своего носа. За это время они накопили горы оружия и активно уничтожают биосферу, за счет которой существуют. Они слишком агрессивны и не способны идти одним путем с космосом, и поэтому беззащитны перед ним. Земля находится на грани катастрофы, скоро у них появится оружие, способное разнести эту планету в клочья. Даже Сфинкс не успеет встать, чтобы умчаться из этого ада! Я не позволю внучке вернуться на эту обреченную планету!
Наталис, сжавшись в комок, сидела, широко раскрытыми потемневшими глазами смотрела на Фертэса.
— Что же делать? — наконец прошептала она. — Здесь я неизбежно потеряю Аллея, и вернуться… Что же мне делать? — уронив голову на руки, она затихла.
И тут раздался уверенный голос Илэны:
— Думаю, что выход все-таки есть. Мы в состоянии отвести беду от Зелены. Только сохранив жизнь этой планете, мы сможем соединить на ней Наталис, Аллея и их еще не родившегося сына. Фертэс, ты сказал, что просчитал все пути развития Земли. Но есть еще один, который ты не включил в свой перечень, он самый трудный, но зато человечество на Зелене избежит катастрофы. Думаю, Создатель позволит нам помочь им, и Земля использует таким образом свой последний шанс…
Но Фертэс не сдавался:
— Трудно допустить, что это возможно. В истории мироздания не было подобных экспериментов… Все цивилизации, зашедшие в тупик, или сами находили выход, или…
Но тут, увидев мрачную решимость в глазах Наталис, он опять попытался уговорить ее:
— Внучка, ты ведь очень много теряешь: нашу планету, долгую и, вполне вероятно, счастливую жизнь, ты забудешь все, что обрела и чему научилась, а самое главное — ведь вы можете не найти друг друга. Мир, в котором вы окажетесь, будет не столь дик, как тот, в котором вы встретились в этой жизни. На Зелене это будет время на рубеже второго тысячелетия. Но в этом мире, я уже говорил, будет преобладать хаос над гармонией.
Молодая женщина покачала головой:
— Нет… мы вернемся на Землю…
— Девочка моя, ты должна меня послушать. Не заставляй меня прибегать к древнему методу насилия над личностью, — Фертэс оставался непреклонен.
Встав, Велена подошла к мужу и, мягко положив руку на его плечо, проговорила:
— Дорогой, и все же надо положиться на покровительство Создателя. Тем более что мы в силах заложить в программу их развития влечение друг к другу. Они узнают, вернее, почувствуют друг друга при первой же встрече, но сразу не поймут, почему так произошло, возможно, потребуется какой-то период, чтобы все встало на свои места.
— Когда же нам отправляться? Сейчас? — спросила на все готовая Наталис.
— У вас есть время, можно не торопиться… Ведь вы еще так мало были у нас и так много не видели, — ответила Белена. И после паузы добавила: — Этот чудесный аромат цветущей яблони, он ни с чем не сравним… Свежеет… нужно прикрыть окно…
Послышались шаги, а затем стук в дверь… Озноб, пронизывающий тело Аллея, постепенно прошел. Страшно гудела голова. Он с трудом разомкнул чугунные веки. На несколько секунд он потерял ощущение реальности, но… Ровный голос дежурной медсестры быстро вернул его в действительность:
— Алексей Петрович, уже поздно, вы идете домой или остаетесь ночевать в санатории?
— Спасибо, Светлана Федоровна, — он не узнал свой хриплый голос, — я ухожу.
ГЛАВА 23
Алексей чувствовал такую огромную усталость, какой не испытывал ни разу в жизни. Глаза смогли различить в сумраке комнаты отдельные предметы. Он понял, что уже очень поздно, и тяжело вздохнул:
— Ну вот, попробуй теперь докажи Галине, что был один. Хотя… эту встречу наедине можно назвать свиданием…
Доктор опустил веки. Перед его внутренним взором в вихре вновь пронеслись те события, которые он только что пережил… или это был сон?
Он встал и ощутил во всем теле неожиданную легкость.
— Странно, — подумал Алексей, — ведь несколько минут назад мышцы горели от невиданной тяжести.
С этой мыслью он включил свет и взглянул на часы: времени было 23.52. Доктор еще раз вздохнул, предвидя последствия столь позднего возвращения, и, включив воду, подставил под прохладную струю лицо.
— Надо было позвонить жене и сказать, что у меня дежурство, — пришла в голову запоздалая мысль, — но сейчас лучшее, пожалуй, решение — попасть домой побыстрее.
Он перебросился двумя фразами с дежурной медсестрой и вышел на улицу. Конец апреля — чудесное время года, уже совсем тепло, и свежая зелень радует своим весенним шумом.
Завтра последний день месяца и окончание заезда в санаторий… Алексей снова подумал о Наташе. Как бы там ни было — Египет, звезды, межпланетные путешествия, что это — сон? явь? — а он понял, что действительно любит ее…