— Нет, Сим. Это мой дом здесь, — весело ответила Сай. Я пораженно уставился на нее. Она живет… в скале?

— Пошли, — она потянула меня за руку, проходя как бы сквозь камень, под аркой из этих симпатичных пятнышек. Я зажмурился и шагнул следом.

Тут же распахнув глаза, я понял, что оказался в просторной прихожей. Хотя нет, это помещение служило одновременно и прихожей, и гостиной, и барная стойка здесь была.

Стены полуовальной комнаты были, напротив внешнему облику скалы, пиритового цвета. В конце, где стены комнаты закруглялись, виднелся проем, занавешенный плотной, черной и наверняка тяжелой тканью с серебристым узором.

Слева располагалась полукруглая же барная стойка, из какого-то незнакомого мне дерева, черного цвета. Коллекция вин впечатляла весьма и весьма, надо будет наведаться сюда как-нибудь потом.

Справа располагался невысокий помост, застеленный шкурами и вместо спинки имеющий груды подушек.

Пушистый ковер белого цвета с настолько мягким и длинным ворсом, что казалось кощунством ступать по нему в сапогах, устилал пол. Вместо факелов или компактных комочков пламени, которые освещали Даан-Азар, здесь светился сам потолок — мягким, чуть приглушенным, но тем не менее очень приятным светом.

— Ну как? — снова повторила Сай, старательно пряча гордость в своих глазах.

— Потрясно! — выдохнул я.

— Пошли дальше? — предложила Саишша, — Нам придется пожить здесь несколько дней, так что лучше сразу запомни планировку, хорошо?

Если коротко, то «квартира» — как называла Сай свои хоромы, — состояла из девяти комнат: входной — то бишь той самой с барной стойкой, кабинетом, спальней, ванной — скорее это был небольшой бассейн, — и туалетом, спальней и лабораторией, совмещенной с библиотекой, а так же имелась совсем небольшая гардеробная. Ах да, еще была маленькая кухонька с компактной хладницей, до отказа забитой всякой едой, в том числе там находился огромный шоколадный торт. Хм, определенно надо наведаться еще и сюда. Ну принравилось мне сладкое, ну что я могу поделать! Если учесть, что шоколадом меня накормили — Саишша тоже его любила… — впервые в шестьдесят четыре года, понятно, почему он мне понравился настолько…

Спальня меня привела в восторг, если честно: представьте себе гладкий пол, устеленный шкурами, стены просторного помещения затянуты драпировками. В центре помещения словно какой-то безумный, — или хорошо принявший на грудь, — архитектор поместил не слишком глубокую миску — фактически это был то же самый помост, только в середине в нем было выдавлено углубление. Не глубокое, зато снизу устланное одеялами и покрывалами, а сверху заваленное подушками, плюшевыми игрушками, размер которых спокойно позволял использовать их вместо последних, пушистыми шкурами, и все это богатство венчал плед из темно-серой шерсти.

— Саишша, а почему ты у нас в спальне так не сделала?

— А тебе понравилось? — спросила она.

— Очень, — честно признался я. Так и хотелось с разбегу плюхнуться в это… гнездышко и с головой зарыться в подушки.

— Ну… я подумала, что ты как-то больше привык к человеческому образу жизни… — слегка смутилась она. Тихий вздох. Мой.

— Саишша. Сай. Саечка, милая, — я еще раз вздохнул — ну что тут скажешь? Поэтому я ограничился лишь одной фразой:

— Как вернемся, обязательно все исправим, чтобы было как здесь.

Она восторженно взвизгнула и повисла у меня на шее. Мы же вроде поругались? А, к демонам все!

Я приподнял ее и впился поцелуем в ее губы. Счастье мое…

Саишша

Сим меня в который раз удивил. Оказывается, он совсем не против, чтобы в нашей комнате все было так, как мне привычно. Ему это даже понравилось.

— Счастье мое… — пробормотал он мне в макушку. Я прижалась к нему покрепче. Навалилась сонливость.

— Спи… — посоветовала я ему уже находясь в полудреме, — Все веселье здесь начинается в полночь…

Проснулась от того, что Сима рядом не было. Чуть не обиделась, пока не подумала — может, ему в туалет захотелось. Полежав минут семь, пришла к выводу, что либо он утопился в раковине, либо у него тяжелый понос, переходящий в запор. И пошла его искать.

Он обнаружился на кухне, сидя в одних трусах за столом и чавкая моим тортом, причем запивая его изысканным вином. И ладно б бокал налил, так он его прямо из бутылки, как алкоголик какой-то!

И самое главное — этот торт я планировала сама сесть! На Новый год! С братом! Это мой любимый сорт! Я за него два золотых выложила!!! С-с-с!!!

— А мне?! — этот вопрос вырвался прежде, чем мозги осознали, что я возмущаюсь не тем фактом, что он ест именно этот торт, а тем, что он не поделился! Гад!

— Гад! — обиженным тоном повторила я.

— М-м… — звук сглатываемого куска. «Чуть не подавился, бедненький», — с издевкой подумала я, — Кгхм. Сай. Сай! Саишша!!! А ну иди сюда!!! Иди-иди, дам кусочек…

— Только кусочек? — сдерживая улыбочку, спросила я, наблюдая за тем, как он слизывает крем с пальцев. Хоть бы салфетку взял, неряха.