Шрифт:
Парламент. Синие стулья перед тонкими экранами. Никого не было там, и никто не видел, как они самовоспламенились от жары еще за мгновение до того, как стена пламени ворвалась туда. И никто не видел, как они превратились в пепел уже мгновение спустя после ее появления, но все именно так и случилось. А смерч помчался дальше, заполняя комнату за комнатой, и все на его пути превращалось в пепел и дым, а он нигде не останавливался и продолжал нестись вперед.
Зал с рядами тел.
Проходы, обшитые стальными листами и алюминием.
Склад с новыми ящиками, которые он поглотил, и сразу же неоднократно умножил свою силу.
И большой зал с компьютерами, рабочими местами с офисными лампами, выглядевшими неизменно в течение множества лет. Собственные компьютеры Вильяма. И Сара. До всего дотянулся огонь и пожрал неутомимо все, что могло гореть.
Там, где коридоры кончались, стояли толстые железные двери, но они оказались совершенно бесполезными сейчас.
Без малейшего сопротивления сдались они взрывной волне и пропустили ее вместе с пламенем дальше, и они вдвоем захватили еще больше ходов и уничтожали стены, балки и все несущие конструкции, усиливавшие систему туннелей там, где она обветшала от времени.
А над всем этим покоились каменные стены замка.
И в конце концов разрушенное основание уже не могло нести такую ношу.
С наружной стороны все началось с отдельных камней.
Сперва с мелких, которые один за другим вываливались из кладки и падали вдоль фасада, почти невидимые, как пыль, а потом приходила очередь все более крупных, по мере того как трещины распространялись повсюду и увеличивались в размере.
И когда первый камень покинул свое место, это было словно пробка вылетела из бутылки. Но потом за ним последовали другие и еще другие, поскольку каждый из них служил опорой для своих соседей. И сейчас, когда они лишались ее, им не оставалось ничего иного, как разделить его участь. А потом на смену им пришли целые участки стены, которые тоже стали покидать свои места, и, даже если какие-то растрескавшиеся части конструкций пытались выстоять, вибрации продолжались и все-таки доводили свое дело до конца.
В результате все сооружение развалилось, как карточный домик.
И в итоге то, что еще на рассвете представляло собой средневековый замок, небольшой город со сложенными из камня стенами, который вырастал прямо из горы и отражался в озере, и был одинаково красивым и таинственным, и известным только небольшому числу людей, превратилось в кучу дымящихся развалин.
И это произошло гораздо быстрее, чем Вильям и Жанин могли представить себе.
Они же тем временем лежали на склоне, пытаясь защититься от пыли и камней, и думали только об одном. Когда же все это закончится.
Так в конце концов и произошло.
Не осталось больше ни фасадов, ни башен, которые могли бы разрушиться, и гигантское облако дыма начало медленно опускаться к земле и распространяться в ширину, как бы укутывая прозрачным одеялом все окрестности.
И наступила тишина.
Грохот прекратился так, что они даже не заметили этого.
Постепенно затих, еще долго отдаваясь эхом по другую сторону озера. И среди воцарившей тишины, казалось, разрушенная гора вздохнула. Как бы испустила последний вздох, и, когда замок исчез, пламя вырвалось наружу.
И взлетело в неистовом танце до небес, словно празднуя великую победу.
Все должно было закончиться в огне.
Согласно предсказанию.
И он описывался как всепожирающий и неистовый и должен был положить конец всему.
И пожалуй, так и случилось.
Хотя, наверное, там речь шла о другом.
Но в любом случае это больше уже не играло никакой роли.
Ведь каким бы ни был огонь, на нем все не заканчивалось.
62
Казалось, даже время года ждало этой новости.
И сейчас, когда она пришла, вроде как снег осмелился растаять, земля пахнуть землей, а прилипшая к ней трава подняться, медленно, словно после драки, и ее желтые стебельки колебались под ветром, который решился быть теплым.
Новость.
Опасность миновала.
Ни о каких новых случаях не сообщалось уже в течение достаточно многих суток, и по всему миру с облегчением перевели дух власти и здравоохранительные организации. Никаких новых тел не отправляли больше в холодильники или на костер, никакие новые дома не огораживали, и люди спокойно ходили по улицам, без опасения, что их задержат.
Это был конец войны без победителя. В городах не устраивали парады, в небо дождем не взлетало конфетти, все оказались в роли проигравших, оставалось лишь строить жизнь заново.
Однако опасность миновала.
Четыре месяца прошло, и все закончилось.
И пошло своим чередом.
Новое время года пришло с интенсивностью, чувствовавшейся по всему происходившему как дома, так и за пределами.
Была весна.
И точно как любая весна во все времена, она принесла с собой удивление по поводу того, что жизнь смогла возобновиться в очередной раз.