Они вышли со двора. Со всех сторон летят к Сократу веселые, бодрые приветы. Даже те люди, которых он когда-то брал в оборот, вскрывая, что в них истинное, а что притворное, причем делал это публично, - даже эти люди, пряча оскорбленное самолюбие, сердечно здороваются с ним.

Сократ пробирается между палатками торговцев, за ним следом ученики. Рынок шумит. "Купите! Купите! Лучшие селедки, самые дешевые! Сюда, сюда! Даром отдаю!"

– Хайре, Сократ!

– Будь весел, Дион! И ты, Фарнака! Что торговля?

– Эй, Сократ! У меня свежие фиги! Возьми - за доброе слово!

Он подошел к старой женщине, продающей семечки нута 1. Почти каждый день покупает он у нее. Покупает?
– Получает даром в знак уважения.

1 Разновидность гороха.

– Как могу я брать с тебя деньги, добрый человек? Бери сколько хочешь! Я у тебя в долгу... Читай!

На дощечке неумелой рукой, но старательно вырезано:

"У МЕНЯ ПОКУПАЕТ СОКРАТ!"

Смеются все вокруг, Сократ говорит:

– Ты бы, Фиона, после слова "покупает" написала: "за так!"

– Ах, что же это ты говоришь о себе, словно о воришке!

– А он и есть воришка!
– добродушно хохочет сосед, торговец оливками. У меня он выкрал тайну моей души!
– Сократ оборачивается к нему, и торговец спешит объяснить: - Заставил меня сознаться, что я колочу жену... Но я больше не делаю этого, Сократ!

Остановились у лавочки их приятеля Пистия. Ныне Пистий уже самостоятельный мастер, продает свои изделия - чеканные украшения из бронзы, серебра, золота. Лавочка его на самом краю рынка, чтоб было перед ней место для носилок, в которых рабы носят благородных красавиц или гетер.

Пистий, широко улыбаясь Сократу, делится своей радостью:

– Богач Ментин заказал мне золотой обруч на шею, по египетскому образцу. Тяжелое, великолепное украшение. И знаешь, для кого? Ты ее хорошо знаешь!
– Он переходит на шепот.
– Для гетеры Феодаты. Сама приходила ко мне мерку снимать. Заработаю, пожалуй, драхм восемьсот! Что скажешь?

– Что Ментин на твоем месте заработал бы тысячу восемьсот! Поступи и ты так же. У него есть чем заплатить!
– смеется Сократ.

– Ладно, - потирает руки Пистий.
– А теперь складываю товар и запираю лавчонку! Хочу послушать, как ты будешь гонять этого космополита, хе-хе!

– Как бы он не загонял меня, милый Пистий! Заходи как-нибудь вечерком, если сможешь...

– Я бы рад, да жена...

– Ага!
– усмехнулся Сократ.
– Держит тебя на коротком поводке... А ты не давайся!

– Говорят, и ты женишься?

– Уже и тебе про это известно?

– На рынке известно все...
– И, наклонившись к Сократу, Пистий шепнул: - Керамик - прелестная Ксантиппа...

7

Сократ с друзьями вошел под сень портика. Возле огромной фрески Полигнота, которая изображала битву под Марафоном, стояла кучка софистов и их приверженцев - они ждали молодого, но уже прославленного по всем греческим городам софиста Гиппия из Элиды.

Пришли послушать диспут между Сократом и Гиппием и риторы. Здесь был Лисий из Сиракуз - один из старейших логографов и верный демократ. И Антифонт, сочинитель судебных речей, сторонник олигархов - давний противник Сократа.

Тот, со своими, остановился подальше от софистов. Вокруг тех и других собрался народ.

– Прямо два войска перед битвой!
– усмехнулся Сократ.
– Но у наших противников крепкий исторический тыл - за ними Марафон...

– Марафон - прошлое, - возразил Критон.
– Нам же важно будущее.

Между тем толпы граждан облепили и ступени портика, и пространство перед ним. Все знали, что здесь предстоит.

В дальнем конце портика появился стройный мужчина. Он приближался неторопливой походкой вельможи. Густая окладистая борода придавала ему важный вид. На нем был длинный, в пышных складках хитон, по которому вышит золотом без конца повторяющийся мотив: египетская пирамида, пальма и сфинкс. Этот роскошный хитон ниспадал до самых пят, а поверх него была наброшена хламида цвета топаза. В тщательно завитые волосы была воткнута веточка лавра, вычеканенная из серебра. Увешанный золотыми украшениями - которые сам изготовил, - человек этот держал в руке эбеновый посох с золотым набалдашником. Весь облик его - образец изысканной утонченности и надменности.

А против него - босоногий Сократ, простой, загорелый, сильный, как аттический крестьянин.

Толпа приветствовала обоих философов рукоплесканиями. Антифонт кинулся навстречу знатному гостю. Тот первым приблизился к Сократу с учтивым приветствием.

– Я - Гиппий из Элиды, учитель мудрости.

– Это видно, - заметил Сократ.
– А я - Сократ, любитель мудрости.

Гиппий обвел его взглядом с головы до босых ног.

– Видно и это - если верить тому, что я о тебе слышал.