— Белла, — шепнул он ей в ухо.

— Нед? — Она опять еле слышно застонала.

— Это Робби. Вылезай. Ты можешь встать?

Ее веки затрепетали, поднялись и тут же упали. Она была не в себе, и Робби опасался солнечного удара, который бывает смертельным.

— Белла, обхвати меня руками за шею. Пожалуйста, Белла. Помоги мне.

Он напрягся, поднял ее и направился к двери прачечной. Там увиливая от людей с утюгами и подлезая под свисающие на каждом шагу простыни и сорочки, мальчишка принялся искать дхоби, громко звать его.

Из задней части прачечной показался пожилой мужчина и строго осведомился, что ему надо.

Робби объяснил на хинди, что он как раз заносил внутрь белье для стирки, когда эта маленькая мемсаиб упала в обморок. Две женщины бросились на помощь Робби, не преминув, правда, заметить что-то насчет его бледной кожи и, значит, западной крови. Наверное, их даже удивило, что он так хорошо говорит на их языке.

Все принялись обмахивать Беллу. Кто-то принес воду.

— Кипяченая? — Робби прикрыл рот девочки, но жена дхоби оттолкнула его руку и заявила:

— Конечно!

Животворящая вода просочилась в распухшие губы Беллы, та постепенно вернулась к жизни и открыла глаза. Сначала, при виде такого количества смуглых лиц, склонившихся над ней, она испугалась, но потом ее взгляд упал на Робби и девочка успокоилась.

Глаза Беллы были налиты кровью, но она нашла в себе силы улыбнуться и пролепетала:

— Здесь мы будем есть мороженое?

Дхоби, по-видимому, понял последние два слова и заулыбался, обнажая немногие оставшиеся зубы.

Робби продолжал придерживаться версии, что он просто случайный человек. Между ним и всей семьей дхоби завязалась дискуссия. Возможно ли, что Белла случайно отбилась от семьи, заблудилась, а потом от жары упала в обморок?.. Все покачивали головами из стороны в сторону. По всей видимости, никому такая история не представлялась невероятной.

— Что же делать? — произнес дхоби.

Белла опять закрыла глаза. Было очевидно, что от нее подсказки не дождаться.

Робби ждал этого момента и заявил:

— Я доставлю ее в Рангун.

Но его собеседник нахмурился и воскликнул:

— Пха! Как ты найдешь ее семью в Рангуне?

— Очень просто. Девочка англичанка, так что в большом отеле, который называется «Стрэнд», наверняка что-то знают о ее родителях. Помогите мне довезти ее туда. Там я разберусь.

Дхоби, похоже, еще сомневался, но жена принялась его подталкивать и сказала:

— Поторопись, дурень. Запрягай волов, отвези девочку в отель. — Женщина помахала пальцем перед носом мужа. — Если она умрет здесь, нас ждут большие неприятности.

Угроза произвела на дхоби гальванизирующее действие. Он принялся отдавать приказы чокре, а тот — беспрерывно кивать то отцу, то Робби.

— Я отвезу вас прямо сейчас, — сказал он.

Белле помогли встать. Та нетвердо стояла на ногах и жаловалась на головокружение, но Робби видел, что боги вняли его молитвам — Белла поправится. Однако угроза того, что матроне Брент вздумается пройти мимо прачечной, никуда не делась.

— Пошли, Белла, — шепнул мальчишка. — Нужно встретиться с Недом. Выпей еще воды.

— Не могу. Я чувствую, как она качается внутри. Меня вырвет. Наверное, надо сходить в туалет.

Робби чуть не рассмеялся. Его нервы были так натянуты, что у него едва не началась истерика оттого, что Белла думает, будто в месте вроде этого может быть кран с водой и прочее.

— Мы сейчас поедем в «Стрэнд». Сможешь удержаться до тех пор, пока окажемся там? — спросил он, представляя себе, какую посудину принесут хозяева, если он попросит.

Это будет похуже, чем в приюте.

Она кивнула.

— В отеле прохладно, — успокаивающе произнес Робби, подводя ее к повозке и помогая забраться. — Теперь мы заслоним тебя от солнца. — Он прикрыл девочку большим куском ткани. — Опять оно на тебя светит. — Мальчишка бросил взгляд на небо, откуда били свирепые лучи. — Это очень опасно.

Волы с усилием тронули с места, и повозка выехала на улицу, где царила суматоха. Прощальное восклицание дхоби потонуло в какофонии городских звуков.

Нед бесцельно бродил по базару. За прошедшие часы он успел примелькаться торговцам, и некоторые улыбались ему из-за прилавков. Он насытил бунтующий желудок чашкой бледно-золотого бульона, подернутого шелковой пленкой. Противиться искушению было свыше его сил. Он наблюдал, как бульон варился в большом горшке. Это длилось больше часа, так что ясно было, что есть суп безопасно, а от экзотического аромата у него текли слюнки.