Пахло также и людьми, причем даже сильнее, чем рыбой и разнообразной продукцией, приготовленной из нее, хотя именно этот аромат пронизывает все в любом порту отсюда до Лондона. Сразу за доками начинался город с беспорядочно выстроенными домами и улицами. Вдоль эспланады тянулись газовые фонари, вдалеке виднелись элегантные викторианские здания и большие белые Дома с верандами.

Генри бубнил в ухо Джека:

— Всего десять лет назад у нас появились первые электрические трамваи. Мне сказали, что следующими станут автобусы. А там и до автомобилей недалеко. Город пухнет, как на дрожжах. Это торговый центр всего континента, поэтому количество железных дорог тоже растет не по дням, а по часам, и все пути сходятся в Бомбее.

Откуда-то донеслась волна нестройной музыки. Странные звуки незнакомых инструментов влились в какофонию визжащих осей, ревущих волов и орущих моряков. Гибкие смуглые люди легко управлялись с канатами, будто ловкие насекомые, опутывали ими контейнеры. Взгляд Джека привлекли пассажиры. Толпа приезжих непрерывным потоком стекала по трапу. Сойдя на берег, они вносили внезапную ноту бледности в насыщенную, наводящую на мысль о драгоценностях цветовую гамму, которой индусы, по-видимому, отдавали предпочтение.

— Захватывающее зрелище, правда?

Пораженный Джек покачал головой и согласился:

— Ты прав. Это так необыкновенно, что даже немного пугает. Я никогда не видел ничего подобного.

— Первый раз все это чувствуют. Со мной было точно так же. Однако привыкаешь довольно быстро. Странное дело, вскоре все уже кажется привычным и даже домашним. — На его лице появилась добрая улыбка. — Я уже интересовался, но все-таки какие у тебя планы, старина?

— По-прежнему сам не знаю, — пожал плечами Джек. — Всем, кто в этом заинтересован, я намерен сообщить, что не поеду в Австралию, как бы мне ни хотелось побыть еще на корабле.

Генри от восторга хлопнул в ладоши и заявил:

— Молодец парень! Ты не пожалеешь. Но что теперь?

— Ты меня заманил, Генри. Думаю, я последую твоему совету и направлюсь на золотые прииски Ко… — Он замялся, забыв, как правильно произносится название.

— Колара, — подсказал Берри. — В таком случае тебе сначала надо в Бангалор.

— Отлично. Представления не имею, где это.

— На юге. Благодаря старому доброму британскому индустриальному волшебству теперь ты можешь добраться туда на паровозе.

— Замечательно. — Это слово Джеку сразу пришлось по сердцу.

— Более того, мы можем поехать вместе. Такой вариант тебе подходит?

— В самом деле? — На Джека накатила волна облегчения.

Генри заулыбался. От волнения правое плечо у него часто-часто подергивалось. Он протянул Джеку лист бумаги.

— Я получил приказ прибыть в Бангалор.

— Назначение?

— Нет, не то, которого я ждал. Просто непродолжительный визит для подготовки очередного доклада о состоянии горных станций [10] на юге. Но это значит, что я могу сопровождать тебя до самого Бангалора, возможно, даже устроить тебе пару собеседований с работодателями на шахтах.

— Генри… у меня нет слов.

— Пустяки. — Берри жестом указал на берег. — Добро пожаловать в Индию, старина.

Позже, в относительной прохладе бара на Марин-драйв, потягивая джин с тоником, к которому он приобрел вкус во время путешествия, Джек вспоминал долгий день гуляния по городу.

Кроме культурных достопримечательностей Генри с гордостью продемонстрировал Джеку все британские здания, начиная от первой бумагопрядильной фабрики и кончая медицинским колледжем, не пропустив, разумеется, свой любимый центральный вокзал, известный под названием Виктория Терминус.

— Это мне смутно напоминает Сент-Панкрас [11] с его викторианской архитектурой и красным кирпичом, — произнес Джек, и Генри улыбнулся.

— Это оттого, что Викторию моделировали по образцу Сент-Панкраса. Никогда нельзя полностью уйти от Лондона, верно? Вокзал великолепен, не правда ли? Поразительное смешение величественной готики с элементами индийской архитектуры! Инженер, работая, взял за основу акварель, выполненную чертежником!

Город потряс Джека, и теперь, окидывая взглядом береговую линию в форме полумесяца — характерную примету Аравийского моря, он понимал, почему англичане толпами устремляются в Бомбей.

Этот город подходит для любителей насыщенной социальной жизни, людского шума и деловой лихорадки, то есть не для Джека. В конечном итоге, Лондон был для него лишь пересадочным пунктом на пути к цели, а жить в столице он точно не хотел бы. Кипящий Бомбей при всем своем многоцветии тоже ему не подходил. Он надеялся, что в маленьком городке, расположенном в Золотых Полях Колара, найдет что-то более близкое к той простой жизни, к которой Брайант привык в Пендине. При этом Джек ощущал, как лоб у него покрывается бисеринами пота, и задавался вопросом, сумеет ли он вообще когда-нибудь приспособиться к жизни в Индии.