Шрифт:
91
И вскорости красавицы младые Ветров могучих стаю укротили. Те позабыли замыслы былые И о любви прекрасных дам молили. Придя к Венере, ветры удалые Союз с ней долговечный заключили, Она в любви им счастье посулила И флот от тяжких мук освободила.92
Вершины гор, где Ганг берет рожденье, Денница ярким светом озарила, Когда дозорный закричал в волненье: "К земле нас мчит неведомая сила!" Затихли мореходы в восхищенье, Их чувство страха сразу отпустило, А кормчий сообщил им, улыбаясь: "То Каликут, коль я не ошибаюсь.93
Вот берег, что сквозь слезы и туман Сиял вам в ваших грезах просветленных. Неистовый смирился ураган, Закончился ваш труд непревзойденный". Услышав это, славный капитан, Страданьями и бурей изнуренный, Со вздохом на колени опустился И к Господу с молитвой обратился.94
Он к небесам вознес благодаренье За то, что верный путь ему открыли И, флот ведя сквозь муки и лишенья, Его от страшной гибели хранили, За то, что жгучих ветров озлобленье Они, щадя армаду, прекратили И обуздали ураган суровый, Скитальцев бедных погубить готовый.95
Изведав страх и горькие страданья И побывав меж небом и землею, Мужают души в буре испытаний, Рождаются отважные герои. Чтя предков добродетельных деянья, Они не ищут с робостью покоя, Не устилают ложа соболями, Московии бесценными дарами.96
Их не прельщает трапез пышных сладость, Веселие пирушек и гуляний И не влечет изменчивая радость Пленительных и трепетных лобзаний. Стремится упоительная младость К геройским и возвышенным деяньям И гордо слабых духом презирает, Покою ратный труд предпочитает.97
Взяв в руки меч и натянув кольчуги, Отечество герои защищают И, не пугаясь с Родиной разлуки, Пределы дальних вод пересекают. От знойных ветров принимают муки И средь снегов бескрайних замерзают, Своей рукою славу добывая И грудь свою под копья подставляя.98
И к свисту пуль их души привыкают, Пройдя сквозь бури дерзостных сражений, А лица их сиянье излучают, В сердца других вселяя уваженье. Звон золота герои презирают, Пустые отвергая наслажденья, Смеясь над переменчивой фортуной, Лишь добродетель в мире чтут подлунном.99
И после стольких тягот и мучений Их мудрость и величье посещают. В горниле бед и горестных лишений Они законы мира постигают. И кажется, как будто с возвышений Герои даль земную наблюдают, Спокойно относясь к капризам славы, Что лаврами венчает их по праву.ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ
1
Армада Луза подошла к пределам, Где плещет Инд своей волной свободной И где, покинув рай небесный, смело Струится Ганг потоком полноводным. Ты с честью завершил святое дело, Народ отважный, гордый, благородный. Желанный край детей твоих встречает И им свои богатства обещает.2
Я к вам, о дети Луза, обращаюсь. Хоть вас в подлунном мире так немного, Вам по плечу, я честию ручаюсь, Разбить навеки мусульман жестоких. Насчет соседей я не заблуждаюсь, И в верности мы Небу одиноки. Соседи наши в дьявольской гордыне Царю небес уж неподвластны ныне.3
Чем меньше вас, герои-португальцы, Тем больше сил вам небо придает, Ведь только вы, бесстрашные скитальцы, Христовой веры истинный оплот. Дерзайте же, счастливые страдальцы, Судьба великий жребий Лузу шлет, Униженных и малых возвышает, Ценой их смерти веру укрепляет.4
Пусть видит вас германцев гордых паства, Что от Петра потомков отвернулась, Войною изнуряя государство, Вкруг пастыря мятежного сомкнулась И, духом раздираема бунтарства, От истины господней отшатнулась, Не Порте Оттоманской угрожая, А мощную державу ослабляя.5
Воззри на племя Луза, англичанин. Ты королем святой земли зовешься, Но ею правит алчный мусульманин, Покуда ты порокам предаешься И сам, как недостойный агарянин, Над верой предков доблестных смеешься, Бесстыдно христианство исправляешь, Священные законы попираешь.6
Земной Ерусалим, о ложный царь, Ты захватил коварно и бесчестно, Раз христиан законный государь Теперь отверг Ерусалим небесный, А что сказать о Галле мне, что встарь Был древним благочестием известен? Он титулов своих не защищает И братьев в ослепленье убивает.7
Ты кровь детей Христовых проливаешь. Бесчинствуешь, как тать, в чужих владеньях, А на Восток свой взор не обращаешь, Язычникам не мстишь за преступленья. В беспечности ты, видно, полагаешь, Что ныне надлежит предать забвенью Людовика священные заветы И Карла несравненного победы?