– В чем?

– Ну… - Ева сделала рукой широкий жест, словно пытаясь обнять все вокруг себя. – Антон, свадьба… Все!

Подруга лишь ласково улыбнулась.

– Девочка моя, - она нежно встрепала Еве волосы. – Ты ещё не встретила того, кого действительно любишь.

Когда-нибудь ты поймешь это чувство. Я хочу быть только с ним, только для него. Я смотрю на проходящих

мужчин и гордо думаю: «А мой все равно лучше!». В нем мой мир, а во мне его. Я это точно знаю. Чувствую в

каждом его взгляде, в каждом слове, в каждом прикосновении. Я уверена, стажер.

Ева умиленно улыбнулась. Аня ещё помнит прозвище, которым наградила её в первые дни работы. Слезы

сами навернулись на глаза.

– Опять ты блин сырость разводишь, - деланно рассердилась подруга, подавая ей коробку с салфетками.

Теперь она понимала, почему Вова вручил ей их четыре штуки со словами: «Предпразнечный подарок,

пригодится…» . Это уже третья из четырех коробок. И что-то подсказывало, что получится как с водкой –сколько

не возьми, все равно придется бежать за добавкой.

Антон и Вова сидели в стриптиз-баре, единственном, на весь город. Пришли они сюда под влиянием

традиций и стереотипов. Обоим казалось, что раз мальчишник, то его нужно проводить именно в таком месте.

Но, в отличии от друзей, ни один не был рад здесь быть.

Вова мысленно был с Евой. Он настолько привык к тому, что она есть в его жизни, к её капризам и

разговорам с ней… Парень понимал, что это глупо, но ему хотелось вернуться домой, что бы Ева словила и

отправила за мороженным. Он то и дело ловил себя на мыслях о том, как она, как себя чувствует…Хватит ли им

салфеток? Последняя мысль вызвала невольную нежную улыбку.

– О чем ты думаешь? – спросил сидящий рядом Антон, перекрикивая громкую музыку.

– О наших девочках, интересно, как они там? – отозвался он.

Антон понимающе кивнул, а потом вдруг предложил:

– Может, уйдем отсюда?

– А как же твои гости? – Вова так удивился, что даже забыл кричать, но Антон его понял:

– Не думаю, что они заметят наше отсутствие.

Вова понимающе кивнул, и встал. Антон последовал его примеру.

Уже в машине Антон спросил:

– Как там Ева?

Вова, который в этот момент как раз о ней думал, и не ожидал вопроса, на несколько мгновений потерял

управление и машина вильнула. Позади послышался скрип тормозов и громкий сигнал. Но к счастью, на

полупустой ночной дороге обошлось без последствий.

– Что прости? – спросил Вова, стараясь говорить как можно спокойнее.

– Спрашиваю, как там Ева? – переводя дыхание повторил Антон.

– Нормально, - Вова украдкой посмотрел на друга. – А почему ты спрашиваешь?

– Как это почему? – удивился он.- Я беспокоюсь о её здоровье, все ли нормально с ней и с ребенком…

– Да, - ответ прозвучал немного резче, чем Вове хотелось бы, и молодой человек ещё удивленнее посмотрел на

него:

– Что с тобой?

– Ничего, - сухо, сквозь зубы процедил Вова и сильнее вдавил педаль газа в пол. Он начинал злиться: на

Антона, с его глупыми расспросами, на себя, за свою несдержанность… На всё вокруг!

Антон какое- то время молча наблюдал за другом, а после начал осторожно задавать вопросы:

– Аня говорила вы были на узи?

– Да, - Вова охотно вцепился в нейтральную тему. – Мы видели ребенка. Представляешь он совсем

малюсенький! Ева расплакалась, когда его увидела. Она в последнее время вообще ужасно слезливая. Плачет по

поводу и без повода. Недавно расплакалась потому, что я принес конфеты не с молочным, а горьким шоколадом.

Потом успокоилась и вспомнила, что с самого начала хотела горький шоколад. И опять расплакалась.

Вова не заметил, что все время пока он говорил, с его губ не сходила улыбка.

– Тебе наверное с ней сейчас очень трудно, - не сводя с товарища пристального взгляда спросил Антон.

– Что ты, Ева даже когда плачет очаровательна, - улыбнулся ему тот. – Один из соседских ребят обозвал её

кавайной няшечкой.

– Кем? – брови жениха удивленно взметнулись вверх.

– Кавайной няшечкой, - рассмеялся шафер, видя его реакцию.

– Ты это выдумал!

– Ничего подобного! – чуть возмутился Вова. – Мы даже минут пятнадцать погуглили, выясняя это была