Сергей все же приподнялся на лапах и, постояв немного, медленно и неуверенно сдвинулся с места, как бы проверяя, может ли он правильно ходить в новом теле. Осторожно подошел ко мне. Ткнулся мне в руку и жалобно заскулил.

Всё. Разрешение дано.

– А ты очень красивый, – ласково поглаживая по голове, сообщаю я Сергею. Он тут же как собака довольно завилял хвостом. Я видел собак, но Сергей оборотень, и, насколько я помню из книг, довольно крупный. Его голова на уровне моей груди, и сам он вполне спокойно может использоваться вместо ездового животного.

– Ррр, – беззлобно отозвался он. Говорить он научится, но думаю, немного позже. Пока еще организм не готов.

– Это ты о чем?

Сергей окидывает меня взглядом. Потом себя, и вопросительно склоняет голову в сторону.

– Ты хочешь, чтобы я описал твою внешность? – доходит до меня. Я же вроде брался вместо зеркала быть. В ответ – виляние хвостом.

– Ты большой, серый, хотя, скорее серебристый. Очень красивый молодой волк. И глаза у тебя перестали быть с вертикальным зрачком. И ушки прелесть. А зубки…

Сергей клацнул пастью и слегка заскулил. Надеюсь, я его понял правильно…

– Ты хочешь обратно?

В ответ уже не скуление, а кивок. Значит, в следующее обращение уже будет разговаривать, что радует.

– В первый раз пока солнце не сядет, если случилось до заката, и когда рассветет, если после него. – Произнес я строчку из книги об оборотнях, что читал в своем мире.

Сергей лег на землю и, прикрыв глаза передними лапами, жалобно заскулил.

– Это ты чего приуныл? Иди лучше побегай, почувствуй, каково это – быть оборотнем, – шлепнул я его по заду.

Сергей сначала нехотя, а затем все более уверенно стал бродить по лесу, далеко от меня не уходя. И уже минут через десять я наблюдал картину резвящегося оборотня. Он носился за своим хвостом, затем обнюхал, наверное, каждое деревце и каждую норку. Я сам залюбовался им. Его мех так и поблескивал в лучах солнца, даже подсохшая кровь и грязь не портили вида. Затем он исчез на какое-то время, но я не переживал, зная, что вряд ли кто-то сможет ему навредить. Сергей вернулся, весь перемазанный в свежей крови и с тушкой какого-то мелкого животного с длинными ушами и круглым маленьким хвостиком. Положил свой улов перед моими ногами и лизнул меня в щеку. Я рассмеялся, обняв его за шею, и тут же был повален, только и успевая уворачиваться от шершавого языка оборотня. Нашу игру прервал закат солнца. Я и сам не заметил, как пролетело время. А вот заурчавший желудок напомнил, что я сейчас человек, и мне не помешает подкрепиться. Сергей вздрогнул и заскулил, отойдя от меня.

– Возвращаешься, – с нежностью смотря на него, сказал я.

После первого раза смена ипостаси заняла несколько секунд. Больше ничего не выворачивало, не лопалось и не отрастало. Просто где только что стоял волк, появился Сергей, голый, грязный и дрожащий от холода.

– Хоть без боли, – выдохнул он, стуча зубами.

Сергей

Пока ехали домой на последнем автобусе, шедшем из этой Тьмутаракани, вспоминал ощущения свободы и счастья, какие я испытал, будучи волком. Знаю, что хочу испытывать их снова и снова, и не думаю, что свободой можно пресытиться. А еще, даже будучи оборотнем, я осознавал и чувствовал симпатию к Умражу. Как волк, я выбрал свою пару. Это не поддается объяснению, это просто чувствуется как инстинкт, заложенный где-то внутри волка. Умраж – моя пара, и я за него любому глотку порву. Осталось теперь заявить на него права, для начала в человеческом теле…

Сил практически не было. Я в полусонном состоянии механически переставлял ноги в заданном Умражем направлении. Помню все урывками. Автобус. Знакомый двор. Лестница. Дверь. Громкий недовольный вопль Пашки, прервавшийся на полуслове, руки Умража, раздевающие меня. Вода… Мягкая постель…

26 декабря

=26= декабря

суббота

Утро началось с вопля Пашки. Меня как подорвало, ничего еще толком не соображая, я влетел в ванную и ошарашено замер.

– Судя по твоему крику, тебя как минимум должны были убивать, а ты всего-то в зеркало пялишься, – недовольно смотря на спину своего друга, сказал я.

– Что случилось? – со свойственным ему спокойствием спросил подошедший Умраж.

– Это ты у этого чуда спроси, – кинул я, собираясь идти в комнату и нормально одеться.

– Сурпрайз! – развернулся к нам Пашка. Я как стоял, так по стенке и сполз.

– Писец!

– Ого! – поддержал Умраж.

– Это настоящее? – справившись с первым удивлением, спросил я Пашку.

– Настоящее, – улыбка во все зубы, и причем с двумя небольшими тонкими клычками впереди.

– Умраж? – заскулил я, как бы прося подтвердить, что это не глюки.

– Сам в шоке, – ляпнул демон.

– Я вампир! – радостно взвизгнул Пашка, подпрыгнув от счастья на месте.

– Это почему ты так решил? – с сомнением спросил Умраж.

– Клыки – раз, глаза – красные, это два. И это же только первый день изменений. Завтра посмотрим, каким крутым вампиром я стану!

– Не, я хренею от такой справедливости! – приподнялся я, обижаясь для вида. – Я, значит, должен псиной вонять и по лесам бегать, а он будет как аристократ из бокала кровь попивать? И где, спрашивается, справедливость?!