– Эй, большой парень, – голос спокойный и дружелюбный, – давай мы посмотрим, как у тебя дела.

В ответ рычание. Слабое, будто легкое предупреждение.

– Ansa…

Голос девушки очень тихий, но рык мгновенно затих. Пациент открыл глаза. Совершенно волшебная медово-золотая радужка, окруженная сполохами цвета, яркими, как само солнце. Губы Катерины сами сложились в безмолвном возгласе, напоминая очертаниями букву «О». В голове пронеслась мысль, что таких глаз просто не бывает. Потом удалось напомнить себе, что он – сидхе. Но мозг отказывался воспринимать информацию, полностью завороженный сиянием напротив. Будто поняв все, он закрыл веки. Дыхание постепенно вернулось в норму.

– Черт побери, – хрипло, как если бы она только что пробежала стометровку, – ну у тебя и глаза.

– Я тебя видел, – сказал он немного удивленно. – Я всех вас вижу.

– Ну, конечно, ты… – Кэт поняла на половине фразы.

Ее рот снова приоткрылся. Где-то на заднем фоне – мелькнула мысль, что она выглядит ужасно глупо, вот так присев на корточки, не в силах выдавить из себя ни звука. А перед глазами застыла отпечатавшаяся информация с медицинской карты, которую она составляла сама, опираясь на слова родственников.

Полная потеря зрения.

Глава 26

Небольшой дом, маленькие комнаты и узкие коридоры. Больница для оборотней казалась крохотной, если не принимать во внимание одного факта – болели веры очень и очень редко. Большинство из тех, кто оказывался тут, находились на лечении совсем недолго, а для остальных места хватало. Если поспрашивать у врачей, можно было выяснить – в среднем сюда обращались около десяти пациентов в месяц с совершенно пустяковыми травмами. Детям, еще не прошедшим превращение, приходилось помогать чуть больше, но в городе их было не так много. А для контроля при превращении было отстроено специальное здание, вдалеке от основных построек.

Электрический свет отражался от белых кафельных стен, а плитка под ногами холодила обнаженные ступни. Эккарту каким-то чудом удалось перевести внимание от своего новообретенного зрения на заживающую рану, и теперь он стойко переносил медицинский мини-консилиум, собравшийся рядом. Глаза жутко болели и слезились. Прикрытые веки хоть как-то спасали от света, который был слишком ярким, но заслониться ладонями – помогало больше. Мир казался привычнее – только звуки, запахи и осязание.

Давно забытые и похороненные в веках чувства пугали оборотня. И, если быть честным, Эккарт совершенно не ожидал такого подарка. Как оказалось, бывшее положение вещей его совершенно устраивало. Единственное что, безусловно, радовало – он видел Фир. Она была такой же красивой, как и много веков назад, когда только попалась к нему на глаза. Те же кроваво-красные волосы, та же бледная кожа, те же тонкие и длинные пальцы. Только кожа фейри светилась чуть ярче, чем тогда, выдавая наличие б ольшей силы. По его частному мнению – эта женщина была совершенна.

– У вас совершенно чистая рана и она быстро заживает, – оптимистичный голос врача раздался на уровне его груди, – теперь вы можете прилечь и послушать, что моя коллега скажет о здоровье вашей жены.

Мужчина послушно шагнул к постели, которую принесли близнецы по указанию врача. Оборотень категорически отказался покидать Фир. Он не открывал глаз, это было совершенно ни к чему. Веками не пользуясь зрением, Эккарт великолепно ориентировался в пространстве и без этого чувства. Впрочем, он едва ли заметил, занятый совершенно иными мыслями.

– На вас все так быстро заживает, – продолжала девушка. Кэт… кажется, так ее называл Маккон? – Я все время лечу оборотней, но то, что происходит с вашим организмом – это просто феноменально! Вы регенерируете в десятки раз быстрее.

– Это из-за магии, – Эккарт счел должным пояснить, – я лишь наполовину оборотень. Часть меня – фейри. Кроме того, я имею иммунитет ко всем видам колдовства. Это мой дар от Даннан.

– А кто эта Даннан? – в голосе любопытство.

Что ж… Сказал «а», говори и «б», не так ли?

– Это древняя Богиня, которая покровительствует фейри, – попробовал объяснить оборотень. – Если вы хотите узнать о ней больше, то спросите Ану. Я видел Даннан всего несколько раз в жизни.

– Вы видели богиню, – скептичность в голосе.

– Мне почти тысяча лет, – вздохнул мужчина, – я многое слышал и ощущал. Но не видел. Но Даннан я именно видел, это совершенно точно. И больше не буду обсуждать эту тему. То, что я хочу обсуждать сейчас – это здоровье моей беременной жены.

– Ладно, – примирительно произнесла его собеседница, – меня тоже интересует эта тема. Кира?

Послышался звук отодвигаемой ширмы, за которой была Фир и еще одна врач, прибывшая несколько минут назад. Маленькая полная брюнеточка – современное светило акушерства и гинекологии, которую вызвали несколько суток назад, специально для наблюдения и консультации. Они вполне могли себе это позволить.

– У Фир все прекрасно, просто упадок сил, – она улыбалась, это чувствовалось по голосу. – Для женщины, беременной ребенком-оборотнем, у нее просто замечательное здоровье. Больше сна, витаминов и свежего воздуха.