На такси, доехал до адреса, написанного на бумажке. От того что возможно увижу, мою девочку сердце ухало в груди. Но дверь мне не кто не открыл. Поставив сумку возле двери, сел на корточки, стал ждать. Потому что не знал куда идти дальше. Пока сидел, думал что если она правда влюбилась в кого то, то просто увижу своими глазами что с ней все хорошо. И уйду. А если что то случилось. То не чего не заставит меня уйти от нее.

– Вы кто?

Я поднял глаза, я сидел на корточках уперев руки в колени, и положив голову на них ждал. Посмотрел на часы. Пол - десятого. Посмотрел на пожилого мужчину, он был измученный, уставший. Седой. Глаза синии… я подскочил.

– Марсель – протянул я руку. Мужчина изменился в лице, смотрел на меня, пожал руку.

– Ну пойдем – сказал он, хриплым голосом

А я понял, что девочка моя рассказывала обо мне. И что сейчас я что то услышу, не приятное, для меня.

– Садись – мы прошли на кухню, мужчина даже не разулся, а я замечал малейшие вещи. Даже то что в коридоре стояла обувь моей малышки, знал что ее. Ветровка та что мы купили вместе. Я сел на кухне, за круглый стол. А мужчина достал две рюмки, и водку.

– Я не буду – сказал я, за последние месяцы я выпил столько…

– Сегодня надо – хрипло ответил он – За мою девочку.

Сердце мое, больше не стучало. Оно остановилось. После его следующих слов.

– Сегодня Ульяна… умерла – сказал отец, он посмотрел на меня, и одним движением опрокинул рюмку – Долго ты шел. Она надеялась до последнего. И только утром, спрашивала нет ли вестей. Я и сам мог найти тебя, но обещал ей – стал изливать он душу – Она думала ты за это время привык, жить без нее

А я молчал, моя душа, стояла где то рядом, и смотрела на все это происходящее. И не верила

– У нее был порок сердца, ей и сказали то что она не жилец. Что максимум до весны. А она дольше протянула… Чтобы дочку родить, кесарево ей сегодня сделали, пытались спасти ее… но… - отец Ульяны, махнул рукой, вытирая набежавшие слезы- Она у меня ведь одна была- он снова налил, и опять опрокинул. Я медленно протянул руку, и горячая жидкость обожгла мое горло. Поздно.

Я выдохнул весь воздух, который был в легких.

– Умерла – прошептал я пустые для меня слова. Пустые потому что не верил я. Все это время, она живая была, для меня. Даже когда я в стельку пьяный был… Господи, вот я дурак то! Моя девочка лежала тут… а я проклинал ее последними словами…

Год спустя.

– Гарипов, хватит может? – спросила Аля, выйдя со мной на балкон

– Ты о чем? – деловито спросил я, потирая заросшую щетиной бороду.

– Ты стал другой человек – прошептала она

– Я всегда такой был – жестко ответил я, повернулся посмотрел на толпу гуляющую у Макса в доме, по случаю их помолвки

– Что он написал?- шепотом спросила она

– Фото прислал – отстранено сказал он

– Марс – со слезами на глазах прошептала Аля, и положила свою руку на мою – Не губи себя, у тебя дочь растет…

– Я не хочу… У нее глаза даже как у матери. Я не смогу, посмотреть в глаза ее и не думать о Ульяне. Если бы я был бдительней! Я бы смог ее спасти! Я бы увез ее куда не будь. Я бы… - на балкон зашел Макс, и похлопав меня по плечу, отвернулся думая о своем. А я чувствовал что мои глаза наполнились предательской влагой. За последний год это не в первый раз. Вспоминал все это и непроизвольно плакал как девчонка. Мне казалось что я и не жил весь этот год.