– Не поняла!
– возмутилась девушка.

– Нет, не слушала! И сделает все по-своему!
– улыбнулся он, обнял и склонился, чтобы поцеловать. Но между его губами и губами девушки возникла преграда в виде ладони.

– Ты вообще в курсе, что жениху невесту до свадьбы видеть нельзя - это плохая примета!
– заявил Алан, за локоть перетащив Джулию к себе.

– Мне нельзя видеть ее за день до свадьбы!
– поправил Блайд, осмотрел блондина и сообразил.
– А вы куда-то собрались?

Волкан расплылся в такой улыбке, что Эрику захотелось его ударить.

– Да! В бутик женского белья! Угадай зачем!

Прежде чем Блайд потянулся, чтобы придушить будущего "любовника" своей жены, Джулия, прекрасно знающая повадки парней, растянула их в разные стороны.

– Успокойся! В бутик мы идем с Сарой и Энн! И совершенно не по тому поводу, о котором ты подумал!
– успокоила парня Джулия.
– Мы идем за чем-то синим и бельем для Сары. Вот и все!

– Хорошо, - сдался Блайд. Но стоило девушке отойти на шаг, как он снова поймал ее и прошептал на ухо: - А может, и себе что-то подберешь?

– Конечно, - совсем рядом и также тихо, но очень ехидно прозвучал голос вездесущего графа.
– Я лично прослежу, чтобы ей выбранное подошло! Кстати, тебе зеленый шелк нравится, или лучше черные кружева? Может, белые?

– Мы уже уходим!
– прокричала Джулия, выталкивая разговорчивого Волкана в коридор из квартиры, пока не дошло до пересчета чьих-то зубов.

Пока невеста вместе со своими подружками (Алана Эрик из вредности относил именно к категории "подруг") посещали магазины, сам музыкант почувствовал жгучее желание съездить в Центр к приемному сыну. Меган вызвала Джоша с занятий, чтобы будущие родственники смогли нормально пообщаться.

– Ну привет, папуля!
– посмеиваясь над перекошенной физиономией парня выдал сорванец.

– Не называй меня так!
– скривился Эрик.

Они уселись на скамейке во дворе. Славная погода, теплая и приятная позволила им наслаждаться свежим воздухом на улице, где сейчас почти не было шумной детворы.

– А как мне тебя называть?

– Просто по имени, - пожал плечами Блайд и злорадно добавил: Сынуля!

Джоша тоже как-то коробило подобное обращение.

– Пожалуй, просто по имени лучше!
– согласился мальчик.
– А где наша чокнутая мамаша?

– Совершает набег на бутик вместе с подругами.

– Блондин с ними?
– уточнил ребенок, и дождавшись утвердительного кивка от приемного родителя, рассмеялся.
– Тогда понятно, почему ты пришел!

– Почему?
– Эрик как-то сам этого понять не мог.

– Скучаешь. Вот и идешь туда, где о ней больше всего воспоминаний.
– Мудро подметил Джош.
– Я тоже так делаю, когда тоскливо. В музыкальном классе до сих пор стоит ее гитара. А еще мы с Люс когда-то стащили из ее сумки фотографию.

И продемонстрировал краденное. На карточке была не Джулия, а Юля Крапивина. Она лежала на диване, к верху ногами, и весело улыбалась. Блайд тоже усмехнулся. Он достал из портмоне фото, сделанное Анной во время знакомства с родителями. Джош повертел изображение в руках, а потом, вздохнув, спросил:

– Ты не сомневаешься в своем выборе?

– Нет. Ни в ней, ни в тебе я не сомневаюсь, - подмигнул ему новый молодой отец.

– Думаешь, мы сможем стать семьей?
– переживал ребенок.

– А почему нет? Выделим тебе отдельную комнату. Сделаем перестановку в гостевой, наверное. Поставим тебе компьютер. Будем вместе играть: гонки, стрелялки. Главное, Джулию не брать в турниры - она все время выигрывает.

– Пусть лучше печет нам пироги!
– поддакивал мечтам Эрика сын.

– Да. И через неделю мы с тобой в двери будем входить только глубоко вдохнув, и то боком!
– рассмеялся парень.