Эрик бросил газету на пол и развернулся в обратном направлении. Роберт только мог догадываться о бушевавших в нем чувствах. А потом и подтвердил мысли, наблюдая, как по малейшему поводу раздражается его друг во время работы. Ведь работать он заставил абсолютно всех.

– Ну ты и зверь!
– возмущался Джон, расчехляя гитару. Он, как и другие музыканты, был не доволен тем, что его выдернули из дома, оторвали от ласковой жены. Блайд всего один раз злобно на него посмотрел, и музыкант прикусил язык. Поинтересовался у Роба о том, какая муха укусила певца, и совершенно не удивился, узнав имя безжалостного "насекомого".

Молчаливое явление в студию, а так же не менее беззвучное исчезновение музыканта видел платиновый блондин, державшийся в сторонке от площадки. Алан Волкан только улыбнулся самому себе, поблагодарив Судьбу за такое, как нельзя кстати, удачное стечение обстоятельств. Один возможный соперник уже сошел с дистанции. В отсутствии Блайда завоевать сердце Джулии ему будет гораздо проще. Парень поднял с пола газету и вчитался в статью, так расстроившую Блайда. Усмехнулся. И задумался, что же делать с другим противником - Ромео? Этот иностранец давно считает девушку своей собственностью, поэтому и ведет себя так эгоистично. Минус в том, что у нее остались чувства к певучему неандертальцу.

– Признайся, - плотоядно рассматривал облаченное в прозрачную ткань и узорчатое нижнее белье тело девушки Рома.
– Ты же скучала по этому, да? Наверное, холодными ночами мечтала...

– У тебя больное воображение!
– сквозь улыбку процедила Джулия.
– Пофантазируй, пока у тебя есть на это время!

– Ты ведь все еще хочешь меня!
– не успокаивался Ромео, довольный обстановкой.

– Да, - улыбнулась ему Джули, - Очень хочу! Так хочу взять вот эту подушку и придушить тебя ею, как только дадут команду "Мотор!"

– Какие у тебя эротические фантазии!
– заерзал под ней Рома, скользнув руками под пеньюар.
– Можем уединиться в моей гримерке после съемок!

– Я оторву тебе руку!
– пообещала девушка, остановив его пальцы на своем бедре, и с садисткой улыбочкой стала выкручивать шкодливую конечность парня, наслаждаясь подвываниями в ля-миноре.

– У вас все в порядке?
– вмешался Ричард, которому совсем не нравилось отношение между его музой и наглым парнем.

Продолжая держать пальцы Ромы в зажиме, Джули резко дернула их, едва не сломав. Пока парень корчился в муках и вопил, девушка с невозмутимой улыбкой на лице повернулась к режиссеру.

– Все хорошо! Может, поскорее с этим закончим?

– С радостью!
– нахмурившись согласился Ричард, усаживаясь в свое кресло.

А Джулия встретилась с горящими ревностью и злостью карими глазами, стоявшего в полутьме блондина. Он был очень недоволен, но держался достойно своего титула. Хотя скрежет зубов девушка, могла поклясться, - доносился даже до нее. Одними губами она прошептала: "Потерпи!". Алан слегка кивнул и занял место рядом с Ричардом.

– Мотор!
– крикнул в громкоговоритель режиссер, отдав команду к началу съемки.

Ромео страстно присосался к губам Джулии. Настолько ненасытно, что девушке пришлось оттолкнуть парня от себя. Съемку снова прервали.

– Тебе никто не говорил, что поцелуи на камеру должны быть не настоящие!
– упрекнула его она, стирая привкус с губ, протянутой Аланом салфеткой. Но парень коварно заулыбался. Будучи в таком положении, рядом с фактически раздетой девушкой, он вообще не мог реагировать иначе.

– Все должно быть правдоподобно!
– пожал плечами довольный Рома.
– Значит, и поцелуи будут настоящие!

Джулия нервно прикусила губу и подавила желание прибить бывшего парня. Он не раз видел такое выражение на ее лице, знал, что она подавлена, и был этому рад - ему удалось надломить ее холодность.

– Люблю, когда ты злишься!
– умиляясь ее эмоциями, проговорил парень, окончательно сбив Джулию с волны негодования. Какие-то странные и давно позабытые чувства тепла и трепета вырвались наружу. Они продержались ровно до конца съемки эпизода. А потом...

– Ричард, ты мне подыграешь?
– коварный вопрос, и не менее пугающее выражение лица девушки заставило режиссера серьезно задуматься, стоит ли соглашаться на предложение, когда на тебя смотрят глазами воплощенного зла.

– Что ты хочешь?
– испуганно попятился Портер.

– Узнаешь! Точнее сам все увидишь!
– она пошла переодеваться для следующей сцены. С площадки раздавались недовольные вопли Ромео, наконец дочитавшего сценарий до конца.