– За все нужно платить!
– встав на позицию спустя пятнадцать минут, прокомментировала Джули и по команде режиссера влепила Роме пощечину.

– Нет!
– остановил Ричард, как обещал, подыгрывая девушке.
– Не тот ракурс. Нужно передвинуть камеру. Давайте еще разок.

– Но она же!..
– возмущению Ромео не было предела, он прижимал ладонь к покрасневшей щеке.

– Ты сам сказал, что все должно быть правдоподобно.
– Пожала плечами счастливая Джулия.
– Поцелуи, пощечины - все по-настоящему!

– Ромео, вы как? Сможете еще один дубль?
– на всякий случай поинтересовался режиссер. Парень собрал все мужество в кулак. Он не собирался спускать подобного девчонке с рук!

– Хорошо. Тогда еще раз! Поехали!

Во второй дубль Джулия вложила всю скопившуюся обиду за пять лет рабства. В третий - месть за то, что долгое время была только кухаркой и домработницей. В четвертый - злость за измены. В пятый - за слезы, пролитые по его вине. В шестой - за безответную любовь и использование светлых чувств. В седьмой...

– Хватит!
– озверев от боли и обиды, Рома поймал запястье девушки в замахе. Его щека уже опухла настолько, что парень не мог терпеть этого издевательства дальше.

Он отбросил руку девушки и быстрым шагом умчался в гримерную.

– Устроим перерыв!
– провозгласил Ричард, которому, как и всей остальной съемочной группе, уже было невтерпеж смотреть на избиение несчастного парня. При каждом дубле многие нервно тянулись к собственной щеке, когда Джули отпускала очередную пощечину Ромео - ему действительно сопереживали. Все, кроме Алана.

– Перерыв так перерыв, - вполне счастливая и довольная Джулия подошла к такому же светящемуся Волкану. Он взял ту самую карающую руку в свои, поднес к губам и поцеловал.

– Я исполню сегодня любое твое желание! Увидеть такое шоу!..
– он единственный одобрил ее поведение.

– А тебя противопоказано злить!
– вмешался в их идиллию Ричард.
– Что он тебе такого сделал?

– Чуть не привил мне ненависть ко всему мужскому полу!
– ухмыльнулась Джулия.

– То есть вы с ним...
– догадался режиссер.

– Я сейчас перед тобой стою из-за него.
– Ответила девушка, но парни не видели в этом трагедии - наоборот.

– Тогда мне следует пойти и отблагодарить его за то, что когда-то он привез тебя сюда, бросил, и я имею честь обнимать тебя!
– вполне серьезно заявил Алан, снова одарив руку девушки поцелуем.

– Я с ним во многом солидарен!
– пристроился с другой стороны Ричард, и тоже поцеловал руку певице.
– Тебе стоило бы сказать ему "спасибо"! А то сидела бы сейчас дома, всеми забытая. Работала в какой-нибудь забегаловке...

Джулия задумалась. А ведь Ричард прав! Все могло быть совершенно иначе, если бы она не помчалась, сломя голову, за Ромой в Англию. Не встретила бы так обожаемых ею детей, Эрика, Сару ("Надо с ней помириться!" - решила Джулия), Алана, Дина и остальных...

– Вот сука!
– бесился и лютовал в гримерной Рома, переворачивая все, что только попадалось под руку.

– Да, твоя кроткая преданная псинка показала зубки.
– Констатировала хладнокровная ко всему происходящему продюсер.
– Сам виноват.

– Уйди!
– впервые вызверился на нее Ромео. Глаза женщины сверкнули неистовой злостью, но она сдержала эмоции.

– Не забывай, кто дал тебе все, что ты имеешь!
– прошипела она, оставив парня в одиночестве.

Он грузно опустился в кресло перед зеркалом, уставившись в свое отражение. Выглядел он очень злым и помятым. Слов в английском словаре не хватало, чтобы выразить все накипевшее за день, так что он обратился за необходимыми описательными эпитетами к русскому словарю. Обычно в такие минуты певец Ромео тянулся к наркотикам. Но вот уже месяц от необдуманных поступков его удерживала какая-то невидимая сила.

В дверь корректно постучали.

– Пошли к черту!
– не замедлил с ответом Рома.

Но его принципиально не восприняли всерьез. В фургон поступью дикой кошки вошла Джульетта. Она протянула сердито сверлившему ее взглядом Роме упаковку льда.

– Приложи!
– заботливо проговорила девушка, присаживаясь на край стола.

– Иди ты со своей...
– дальше последовала череда матерных выражений, свидетельствовавших о крайней степени отчаяния парня.