– Помнишь наш сон, где ты жгла живых мертвецов?

– Конечно!

– А наш сон с Триксом? Когда он помог мне в бою летающих кораблей?

– Помню. А к чему ты клонишь?

– Я из другого мира. Из того мира летающих кораблей и путешествий между планетами.
– сказал я.

Ингрид вскинулась и подсела ко мне:

– Ты хочешь сказать, что тебя послали к нам гномы?

– Нет, солнце, не гномы... Как бы тебе объяснить... Сейчас покажу.
– и я полез в фургон. Олег нашелся почти сразу.
– Вот кто меня сюда прислал.

– Милый, ты перегрелся? Это же камень! И я давно хотела спросить, зачем ты его с собой таскаешь?

– Во-первых, не я его таскаю, а он сам за мной таскается. Во-вторых, не камень, а Краеугольный Камень Мироздания!
– со значением сказал я.- Можешь звать его Олегом, он не против, по-моему.

Ингрид непроизвольно отстранилась от меня. Я ее понимал. Ехать по дебрям с безумцем в одном экипаже - дело неприятное.

– Подожди. Я докажу. Попробуй его поцарапай.

Волшебница достала кинжал и ткнула им в Олега. Кончик обломился. Ингрид явно почувствовала какое-то магическое возмущение. Она сформировала небольшой язычок ярко голубого пламени и попыталась поджечь кусок лишайника на одной из сторон камня. Пламя сменило цвет на зеленый, а затем рассыпалось бабочками.

– Похоже ты ему понравилась. Мне за попытки воздействия только так досталось!
– сказал я потирая шрам на брови.

Вы когда-нибудь видели, как кошка играет с лазерной указкой? Тогда вы можете представить с каким азартом Ингрид вцепилась в камень, и с каким результатом. До конца дня я ее не видел. Она сидела в фургоне, колдовала, рисовала на дне магические фигуры, бубнила заклинания. Изредка фургон озарялся всполохами света и появлялись загадочные запахи. Я с трудом уговорил ее пообедать. К вечеру на нее было жалко смотреть. Под глазами залегли тени от усталости, а правое веко невротически дергалось.

– Я ничего не понимаю.

Это были первые обращенные ко мне слова с утра. Ингрид отставила от себя миску с кашей.

– Ты не одна такая. Но что удивляться. Этот камень создан не для нас, а для богов.

– С чего ты взял?

Рассказывать ей что ее мир всего лишь игра, я пока не хотел. Тем более что он УЖЕ не был просто игрой. Поэтому пришлось выкручиваться.

– Видишь руну? Ансуз - означает бог. Наши ученые тоже не смогли разобраться с этим камнем.

– Может ты расскажешь про свой мир?

Эта ночь прошла за разговорами. И мне было гораздо сложнее объяснить волшебнице почему люди убивают друг друга из-за несуществующих в нашем мире богов, чем устройство космолета или принцип функционирования Матрицы Икара на орбите Меркурия, которая производила львиную долю антиматерии. Хотя, у нее был исторический пример гномийской цивилизации, чему удивляться?

Рассказал я и про свои приключения.

– То есть глава русской тайной канцелярии хочет стереть твою душу?

– Не стереть, а переписать. Я каким-то образом связан с камнем, и, видимо до сих пор оказываю на него сильнейшее влияние. От меня зависит очень многое.

– И ты пойдешь на это?

– Не хочу. Не хочу умирать.

– Тогда оставайся здесь, не уходи!

– Я не могу управлять этим...

– Это потому, что ты не волшебник! Если ты не можешь, то я смогу!

– Не надо!
– Закричал я.

Но прежде, чем я успел остановить ее, Ингрид выхватила кинжал и полоснула себя по ладони. Кровь крупными каплями потекла на Камень лежащий у ее коленей. Невидимый барьер останавливал ее на полпути. Олег не отвергал и не принимал жертву.

– Ну же- прошипела волшебница.

И одна из капель прошла через преграду, упала на камень, заметалась как ртуть, стекла по грани, заполнила руну и впиталась в нее. И знаете, что? Небеса не рухнули на землю. Костер все также догорал потрескивая. Волшебница задумчиво смотрела на свою абсолютно целую ладонь.

А Ингрид пропала из меню группы. Я не видел ни ее уровня, ни количества маны и здоровья. Только каким-то шестым чувством ощущал наличие в ней магии. И тепло ее тела рядом.

Уже рассветало, когда мы снова двинулись в путь не выспавшиеся и задумчивые.

Путь через Картийский хребет занял неделю. Горы очаровали меня. Я вырос в куполе Ландау расположенном рядом с долиной Маринера и большую часть своей взрослой жизни провел на космических кораблях. Конечно, еще в школе мы не раз ездили на экскурсии к Олимпу и горам Павлина, Арсия и Аскрийской, да и отпуск мне как-то посчастливилось провести на Земле, но циклопические мертвые марсианские вулканы не обладали и сотой частью той красоты, которая была перед моими глазами.