Безуспешные попытки разобраться с камнем окончательно испортили настроение Ингрид, и, как следствие, мое. Вытащить ее в наш мир, или окончательно забрать меня в этот не удавалось. Но я верил, что когда появится реальная опасность, Камень поможет мне, как уже не раз случалось. И, судя по тому, что рассказал Горбовский, это должно было сработать.

Полет до Земли должен был занять две недели. И если сначала меня мучали почти ежедневными допросами и многочисленными тестами (Леонид Андреевич не хотел терять времени перед процедурой психокоррекции), то вскоре интерес ко мне утих. Интернет мне отключили на второй день, после новостей об официальном объявлении войны США и ЕАС. Я проводил время в своей каюте, смотрел кино из обширной корабельной фильмотеки и изредка пил чай с Горбовским ведя беседы на отвлеченные философские темы. Господин полковник был грустен и мизантропичен.

Пару раз в пути отключались гравикомпенсаторы, и я то зависал в невесомости, то меня в вжимало перегрузкой в койку. Корабль вибрировал, сквозь звукоизоляцию каюты доносился слабый визг сирен и включалось аварийное освещение.

Лишь одна вещь радовала меня - я наконец-то смог колдовать в реальном мире. Это давало мне хоть какой-то шанс на побег. Попытка захватить истребитель была утопичной. Я не умел пилотировать, да и первая же закрытая переборка остановила бы меня. Бежать на шаттле во время посадки или сразу после нее на космодроме было гораздо более вероятно.

Однако судьба благоволила мне.

День, который должен был стать последним днем моего пребывания на "Владимире I" начался бурно. Гравитация отключилась, но не на обычные несколько десятков секунд, а, видимо, навсегда. На этот раз было все серьезно. На стенном мониторе светилась надпись "разгерметизация, срочно покиньте отсек!". Корабль сотрясался от ударов. Ничего не понимающая Ингрид озиралась вокруг. Выход в реальность застал нас в самый интимный момент.

Два морпеха ввалились в каюту, но я не хотел им ничего объяснять и со всей силы припечатал спиной об стену ударом ветра. За эти дни я начал немного ориентироваться внутри корабля, и решил попробовать захватить Горбовского в заложники, чем черт не шутит, возможно, имея такую шишку под прицелом я сумею выторговать себе свободу? В конце концов, если не ЕАС, то EU или USA вполне могут пойти мне навстречу!

– Кверти, где мы?
– Ингрид висела посреди каюты и не могла дотянуться ни до стен, ни до потолка. Ее грудь в невесомости смотрелась просто фантастически.

Пассом я приземлил ее на кровать. Затем она облачилась в запасной комплект моей одежды, и, как и я, надела легкий аварийный скафандр. Я на всякий случай зарядил в морпехов пару раз из их же станнеров и мы выплыли в коридор. Ингрид с трудом справлялась с передвижением в условиях невесомости и мне приходилось контролировать ее с помощью заклинания левитации.

Команде авианосца было не до нас. Первое сопротивление мы встретили только на палубе где находилась каюта Горбовского. Трое морпехов в легких скафандрах встретили нас стрельбой из станнеров, и были ошеломлены, когда разряды поглотил огненный щит. Несколько следующих огненных стрел, оплавивших обшивку заставили их отступить. А файербол пробивший перегородку и вовсе обратил в бегство двоих, третий потерял сознание от удушения.

Леонида Андреевича в каюте не было.

– Где Горбовский?
– Спросил я у очнувшегося солдата.

– Он улетел, но обещал вернуться...
– с кашлем ответил морпех

– Куда?

– На Землю!

– Что здесь вообще происходит? Нас атакуют? Кто?

– Да, мы попали под огонь киберорганизрованной крепости противокосмической обороны США.
– солдат закашлялся, глядя как Ингрид пустила несколько огненных стрел в проход где мелькнули тени каких-то людей.
– Нас чуть не сбили. Сейчас линкор "Императрица Алина" [4] почти уничтожил ее.

– Пилотировать умеешь?

– Да!

– Веди в ангар! А то...
– И я слегка уплотнил воздух который вдыхал десантник.

Его глаза расширились от ужаса.

Боя как такового не было. Никто не принимал во внимание вероятность, что боевой корабль могут взять на абордаж. Отсутствие у экипажа серьезного вооружения позволило нам как нож через масло пройти к ангару. Морпехи боялись подставляться под огненные стрелы и как кегли разлетались от ударов ветра. Закрытые переборки Ингрид рассекала пламенным клинком. Я как мог восстанавливал ей ману и помогал маневрировать. Да еще держал на коротком поводке пленного. Когда мы уже подходили к последнему шлюзу опять появилась гравитация. Волшебница облегченно вздохнула. Роль моего воздушного шарика ей уже начала надоедать.

За разъехавшимися створками посреди ангара стоял обгорелый челнок. На обшивке были видны несколько отверстий, правый хвостовой стабилизатор был почти оторван. Кирилл и Антон в тяжелых экзоскелетах помогали спустится по трапу хромающему Леониду Андреевичу с чемоданом в руках. Увидев нас ребята вскинули стволы. Мое солнце начала готовить какое-то адское заклинание. Против этих противников я ничего не смог бы сделать. Да и Ингрид вряд ли бы пробила броню способную функционировать на освещенной половине Меркурия. Но Горбовский помахал мне рукой, а потом жестом приказал опустить оружие.