Не юноша, но и не взрослый муж, что-то промежуточное между подростком и состоявшимся мужчиной.

– Возраст совершеннолетия, - ответил он неохотно, стараясь не смотреть на меня.

– То есть твой возраст соответствует нашим восемнадцати годам, - то-то остроухий так по-мальчишечьи смущается.
– Как же тебя так угораздило только-только взрослым стать, и закон нарушить?
– вопрос был риторическим, ответа на него я не ждала.
– Скажи, а ты, правда, покончишь с собой, если твои чувства ко мне пройдут? Что ты на самом деле чувствуешь ко мне?
– вот эти вопросы для меня были намного важней, потому что помогли бы решить проблему с заскоками нежной эльфийской психики.

– Я всё понимаю, прекрасная роза. И про то, что моя привязанность к вам противоестественна, и про то, что вы её совсем не хотите. Оно само собой происходит. Я же слышал то, о чём вы все между собой разговаривали, - а ведь, правда, эльфёныша мы все зачастую за предмет меблировки принимали.

Не говорит ничего, не бузит, просто присутствует и ладно. А он всё слышал, и выводы делал. Живое и мыслящее существо как-никак, пусть даже ещё очень молодое и неопытное. Вот и пришло время мне краснеть, а не ему. Из-за того, что парня за табуретку принимала.

– Так как? Покончишь с собой, если вдруг всё пройдёт?
– спросила, затаив дыхание и тоже стараясь на остроухого не смотреть, дабы чувство вины, охватившее меня из-за моего отношения к нему, как к бездушному предмету, не выдать взглядом.

– Нет, - ровно ответил эльф.
– Наверное, нет. На меня просто помутнение нашло... Не помню, что перед этим происходило, а потом зачем-то за меч схватился... А потом ушёл в...

– Кому, - подсказала слово.
– Зачем?

– Защитная реакция на опасность у эльфов такая бывает. Когда дело совсем плохо, организм уходит в глухую оборону и в этот момент эльфа ни убить, ни магически воздействовать нельзя. Но это съедает силы и ресурсы мозга, потому-то сознание отключается полностью. Вывести нас из такого состояния только свои могут, знающие как это сделать. Либо, если уметь контролировать этот процесс, то можно и на какое-то определённое время так закукливаться, - пояснил он, ничего не тая.

– А ты умеешь? И почему тогда не впал в кому, когда тебя твои же родичи убить пытались?
– спросила с любопытством, свойства эльфийского организма были удивительны и странны.

– При исполнении наказаний, загонщики блокируют эту способность до тех пор, пока не изловят отступника и не убьют, - тема разговора остроухому явно не нравилась, но он всё равно продолжал отвечать на мои вопросы.

– А как же она восстановилась, раз у тебя её заблокировали?
– столько новых и интересных фактов открывается, стоит только взяться за ум и попытаться узнать что-то новое, притом из надёжных источников.

– Загонщики остались в другом мире, а потом, когда появились, уже не воздействовали на меня. Блокировка спала, сама собой, - пояснил он и робко взял меня за руку.
– Прекрасная роза, у меня есть шанс?

– Дорогой мой, золотой Турлаиндэль, - смущение от неловкой ситуации уже прошло и я осмелилась на эльфа посмотреть.
– Ты же не любишь меня на самом деле. Это всё запах мой виноват. Раньше или позже ты влюбишься в какую-нибудь замечательную эльфийку, и я тебе стану не нужна.

– Нет, прекрасная роза, так не будет, - сказал уверенно, подумав.
– Ни одна эльфийка не посмотрит в сторону приговорённого к смерти отступника.

– Что же мне тогда с тобой делать, Турлаиндэль?
– проблема так и осталась нерешённой и даже разговор по душам не помог.

– А, давайте, побратаемся, прекрасная роза, - выдвинул он рацпредложение.
– Станем родственниками, и моя зависимость от вас сойдёт на нет. И как названная сестра, вы вполне сможете проследить за тем, чтобы я просто так не из-за чего за меч не хватался.

 - И ты меня послушаешься?
– спросила с недоверием.

– Послушаюсь. Вы добрая и хорошая, - поведал он мне простодушно.

– И это ты когда-то орал, что в мой гарем только через твой труп?
– фыркнула, не удержавшись от насмешки. Эльф ничего на это не ответил и я спросила.
– А ты знаешь, как ритуал провести? А то предыдущий проходил, когда я была в бессознательном состоянии.

– Знаю, - сказал остроухий и тихонечко сжал мои пальцы.

– Значит, проведём. Хорошим родственником больше станет. Я только рада буду, - тряхнула волосами и вздохнула, перескочив на другую тему.
– Эх, расчесаться нечем.

– Давайте, с волосами помогу, - предложил эльф.

– Помоги, - согласилась я и добавила: - Только прежде договоримся. Переходи на "ты", мы с тобой уже почти родственники. Ритуал проведём, и совсем роднёй станем. И меня зовут Оля, помнишь?

– У нас по именам и на "ты" принято только очень близких эльфов называть. Ближайших родственников и мужей, жён, - и любовников-любовниц, завершила мысленно за него невысказанное.

– А мы с тобой уже почти родственники, - заявила легкомысленно, подумав о том, что называя его по имени, наверняка, этим очень смущала и ненужные надежды давала.