– Открывай ротик, - ласково проворковал Тарзан.

Вытаращила на него глаза, так неожиданен был подобный тон и на автомате повиновалась. Или это просто челюсть отвалилась? Вот когда можно понять, что это выражение временами можно понимать вполне себе не фигурально.

– Умница, - похвалил меня Тарзанчик и снова велел.
– А теперь повторим.

Ассоциации неприятные да, Олег тоже меня с ложечки кормил, правда я при этом лежала, а сейчас стою и приходится наклоняться, чтобы бульончика хлебнуть. А голова кругом, руки дрожат, ноги плохо держат...

– Может, поменяемся?
– предложила заботливому Тарзану.

Надо помогать тем, кто иногда тормозит... Добрым словом, советом там.

– Ты будешь кормить меня?
– брови мужчины вздёрнулись вверх, а сам он посмотрел на меня с изумлением.

– Мне присесть хочется. Голова кружится, - не стала злиться, на это просто не осталось сил.
– А кровать во мне тошноту вызывает.

– Хорошо, - поднялся он со стула.
– Для сестры я готов на всё.

– Какой сестры?
– тут же насторожилась, даже на время забыв о том, что посидеть хотела.

– Вот съешь бульон, и я тебе расскажу, какой, - склонился теперь он надо мной, я, проанализировав крохи информации, просто рухнула на стул, не иначе от шока.

Послушно открывала рот, когда он просил и глотала. Ложку за ложкой и прикончила свой паёк.

– А вот теперь поговорим, - Тарзан отставил пустую посудину на стол, встал на корточки и заглянул под кровать.

С недоумением наблюдала за тем, как он подумав над чем-то очень важным, полез под неё. Это такой местный обычай? Вести серьёзные разговоры о родственниках из-под кровати? Если что, я в таком не участвую. Куда мне в моём состоянии такой интим осилить.

– А под кровать мне заползать обязательно?
– спросила осторожно.

– А сможешь?
– задал он ответный вопрос, и не собираясь пока вылезать.

Мужская попа, обтянутая тканью шорт и торчащая из-под кровати, смотрелась очень эротично и интересно, но как-то вести с ней разговор... Не совсем мне по вкусу было.

– А надо?
– всё ещё придумывала пути отхода.

– А хочешь?
– нет, эта сволочь явно надо мной издевается.

И это я его ещё тормозом считаю, а сама не лучше. Столько времени доходило, что надо мной просто смеются, молча, про себя.

– Не хочу, - надулась в ответ и замолчала.

Тарзан надолго под кроватью не задержался, выполз оттуда и показал мне добычу -- ложку, которую потерял Олег в порыве страсти. Хмуро посмотрела на него, на ложку, потом опять на него.

– А сразу сказать нельзя было?
– спросила обиженно.

– Ты так забавно злишься, сестричка, - хмыкнул Тарзан и положил столовый прибор на стол, рядом с пустой посудиной.
– Не могу удержаться.

– То я хозяйка была, теперь сестричка. Но что-то я не помню тебя среди своих родственников, - нахмурилась, так и не перестав дуться на вредного сторожа.
– И когда успел в них затесаться? Колись.

– Когда тебя спасал от смерти, - спокойно ответил Тарзан и устроился на моей кровати.

В отличие от меня, он к ней отвращения не испытывал и моральные травмы ему не мешали устроиться поудобней.

– Рассказывай, - затаила дыхание, ожидая ответа, при этом чувствуя, что он мне может очень сильно не понравиться.

– Для меня любой яд, любого происхождения, не опасен. Врождённый иммунитет. Пришлось поделиться с тобой своей кровью, через обряд братания. Иначе тебя было не спасти. Так что, ты теперь моя сестра, а я твой брат, названный. Всё просто, сестричка, - невозмутимо просветил меня мужчина и насмешливо блеснул своими необычными глазами.

– И чем мне это грозит?
– спросила, подозревая нехилую свинью, весом так в пару тонн, которая готовилась вот прямо сейчас расположиться у меня под самым носом.

– Пахнуть будешь, особенным образом. Но ты же не откажешься стать очень привлекательной для мужчин? Для женщин, впрочем, тоже, - небрежно заявил он, глядя на меня так, словно вот прямо сейчас ожидал криков радости и битья челом о пол в порыве благодарности.

И реакция последовала, ещё какая:

– Твою мать!
– приподнялась на стуле, глядя офигевшим взглядом на названного братика.
– Твою мать! Твою ж мать! Мать... мать... мать...
– меня заклинило.

Впрочем, это было и неплохо, что я сейчас очень и очень тормозила, иначе всё могло закончиться действительно битьём челом. Только не об пол, а об стену, а еще выдиранием волос и выцарапыванием глаз, Тарзану. Это чтобы одной в одиночестве страдать от его лечения не пришлось.

– И как теперь жить?
– когда слово "мать" закончилось в моих запасах, и я смогла внятно произнести нечто отличное от него, начала сыпать вопросами.
– Мне теперь что? Тоже надо твоим любимым парфюмом брызгаться?
– уселась обратно на стул и просипела.
– Мама...
– потом, подумав, добавила: - Нет, в метро мне место, конечно уступать будут...
– попыталась найти плюс в этой ситуации, хоть какой-то.
– И очереди тоже разбегаться станут. Можно будет спокойно сдать любые документы. Даже куда-нибудь в налоговую. Думаю, больше пары минут меня никто мучить не будет... Сразу всё примут. Можно даже фирму открыть, по продаже подобных услуг. Я даже знаю как будет звучать один из рекламных слоганов. "Постоянным клиентам противогазы в подарок!" - похлопала глазами и завыла на одной ноте.
– А-а-а-а-а... Как тепе-е-е-рь жи-и-и-ть?