Элеана все так же сидела на кровати и нервно вертела в руке стакан. Она подняла голову, когда, он вошел.

— Здесь Эстебан, живой и невредимый,— сказал Коннорс.— Он только что приехал, на машине е двумя инспекторами, и они узнали, что мы находимся в отеле.— Он надел пиджак. — Я удираю. Для вас будет лучше, если вы останетесь здесь. Мне же. надо подумать о своей шкуре. А вам не грозит ничего, кроме Эстебана.

— Я отправляюсь с вами,— сказала Элеана.

У Коннорса не было времени для споров. В. любой; момент мог зажечься свет в комнате по другую сторону патио.. Детективы не, могли не заглянуть к Санчесу, чтобы узнать, какое у Элеаны было к нему дело. Резким жестом он сорвал с кровати шаль.

— Тогда пошли!

— А наши чемоданы?

— Их придется оставить. И поймите хорошенько: я не знаю, куда я направлюсь и как. Может быть, вы лучше останетесь?

Элеана взяла свой саквояж, накинула на голову шаль, как будто всю жизнь ее носила, и они вышли в патио.

Последнее окно на их стороне дворика выходило в холл отеля. Они могли видеть генерала Эстебана и обоих детективов, разговаривающих с дежурным отеля. Коннорс сильнее сжал локоть Элеаны, и они,остановились под гигантским дубом, стараясь не попадать в полосу желтого света, падающего от прожекторов и фар проезжавших мимо машин. Опираясь на крыло «кадиллака», шофер с револьвером в руке наблюдал за входной дверью отеля.

Вечер был теплым. Напротив отеля по аллее прогуливались, как обычно, молодые девицы, провожаемые восхищенными взглядами молодых парней. Коннорс подождал, пока три красавицы не прошли в направлении, противоположном тому, куда он сам собирался идти. Как он и ожидал, шофер взглядом знатока проводил пухленькие зады девиц до самого начала аллеи.

— Теперь пора! — тихо сказал Эд.

Они смешались с толпой гуляющих. Пот заливал Коннорсу глаза, спина болела от напряжения в ожидании окрика или даже выстрела. Он с трудом заставил себя замедлить шаг. Пока что все шло хорошо. Они выбрались из отеля.

Тут он заметил, что Элеана плачет, а ее слезы могли обратить на себя чье-либо внимание. Он приказал ей немедленно прекратить рев, иначе он даст ей пощечину. Девушка перестала плакать и спросила его:

— А что мы теперь будем делать?

— Я постараюсь достать машину.

У него не было никакой надежды покинуть город на автомобиле. Они не смогли бы уехать далеко. Гигантская полицейская машина должна была заработать в любую минуту. Но если бы ему удалось выцарапать из когтей полиции свой «форд», он смог бы запутать следы.

Эд объяснил свои соображения Элеане и оставил ее на скамейке в парке, попросив не шевелиться и ни с кем не разговаривать. Потом, обойдя кругом, он подошел к задней стороне отеля. Патио был темным и молчаливым, но труп Санчеса уже обнаружили. Около его комнаты раздавались голоса и сверкали переносные лампы.

Коннорс вывел машину со стоянки и остановился на маленькой темной улочке, чтобы обдумать дальнейшие действия.

Чуть дальше от него, возле темного дома, стояла машина с федеральным номером. Взяв из багажника инструменты, Коннорс снял обе планки с номерами с мексиканской машины и прикрепил их к «форду», а номера штата Иллинойс снял и спрятал в кустах.

Потом он сел в машину и отправился на базар, где приобрел недорогой черный костюм. Черная шляпа с большими полями стоила ему еще восемь песо. Он купил также вещи для . Элеаны: простую черную кофточку с большим декольте и светлую юбку. Что касается туфель, она должна была удовольствоваться теми, которые были на ней, поскольку он не знал размера ее ноги.

Эд сложил свои покупки в пакет и вернулся к скамейке, на которой девушка ожидала его. Он не успел остановиться, как Элеана оказалась уже в машине. Коннорс положил пакет с одеждой ей на, колени.

— Я отъеду немного в сторону, и мы там переоденемся. С этого момента мы мексиканцы, если будет необходимо — говорить буду я. И без всяких возражений!

— Я и не спорю.

Она говорила с трудом, будто слова у нее застревали в горле.

Коннорс завел машину в темный уединенный уголок и там переоделся в черный костюм. От костюма плохо пахло, и он чувствовал себя в нем неудобно, хотя и неплохо выглядел. Со своими чистыми руками он мог вполне сойти за писаря, который ездит повсюду в поисках заработка. Таких было очень много на дорогах Мексики.

Элеана сменила свое элегантное серое платье. Ее нервное возбуждение возрастало.

— Если бы мои ученицы могли меня видеть!

Коннорсу самому очень хотелось получше разглядеть ее. Увидев в темноте ее белую фигуру, он подошел, обнял и поцеловал ее.

Очутившись в его объятиях, Элеаня спросила:

— Ты, наверное, больше не хочешь спать?

Коннорс уселся за руль, потом, когда Элеана оделась, они вернулись в город. Чтобы попасть на автостанцию, нужно было проехать мимо отеля «Моралес». Теперь около «кадиллака» стояли две полицейские машины. Коннорс проехал мимо них и притормозил у автобусной станции.