Так что я сделала вид.

Я представила вспышку пламени, запах дыма и фильтр на своих губах. Я медленно вдохнула, вспоминая возникающую расслабленность, и выдохнула. Я сосредоточилась на том, чтобы таким образом выкинуть воспоминания.

Однажды Спенсер мне сказал, вообще-то на одном из дней рождения Александрии, когда я была совершенно разбита, что мы должны жить так, будто курим: вдыхать настоящее и выдыхать прошлое. Что-то из этого осталось во мне. Последнее время я курила только в редких случаях, но почти каждый день зажигала воображаемую сигарету. Мне не нужен был никотин, только лишь движение, дыхание.

В заднем кармане завибрировал телефон.

“Отличное шоу, Злая Девочка. Ты все еще хочешь, чтобы я зашел?”

Хотела ли я?

Может, просьба сделать мне такое одолжение, несмотря на все непонятные чувства между нами, и делала меня плохим человеком, но это ничего не меняло. Он по-прежнему был мне нужен, и если он позволял мне использовать его, то я не могла поступить иначе.

“Да, Золотой Мальчик. Когда захочешь”.

Когда я вышла из туалета, меня ждал Мейс. Спенсер куда-то испарился, так что остались только мы вдвоем.

– Ты закончила строить из себя звезду?

Я закатила глаза.

– То, что мне после сета нужно несколько секунд побыть наедине с собой, не делает меня звездой, Мейс.

– Тогда что насчет того, что ты всю неделю отшиваешь меня?

У меня не была ответа на свое поведения, по крайней мере, хорошего. Так что я адресовала то же и ему:

– А что насчет того, что ты сегодня целый день игнорируешь мои звонки и срываешь настройку инструментов?

Он помотал головой, чтобы откинуть черные волосы с лица. Он сунул руки в карманы своей кожаной куртки, полностью застегнутой. И с бледным лицом проговорил:

– Я же сказал, что кое-что произошло.

В грудь закралась капля беспокойства. Он о чем-то лгал.

– И что же это, не хочешь мне рассказать?

Он дернул кулаком в кармане и стиснул челюсти. А потом покачал головой и пожал плечами.

– У тебя свои секреты, у меня свои.

– Разница в том, Мейс, что мои секреты не отражаются на группе.

– Боже, Макс, ты же знаешь, что мне абсолютно насрать на эту группу. Ты знаешь, что я здесь только из-за тебя.

Невероятно. Какими-то сумасшедшими частями своего мозга он, должно быть, полагал, что это прозвучало романтично, потому что шагнул ко мне и скользнул руками к моим бедрам. Я с силой оттолкнула его.

– Если бы ты хоть что-то знал обо мне, то тебе было бы известно, что группа - это моя жизнь.

– О, ну конечно, ты, очевидно, беспокоишься об этой группе больше, чем обо мне или ком-либо еще.

– Ты чертовски прав.

Он дернул одну из своих сережек и провел большим пальцем под носом. Встал передо мной и произнес:

– Ты настоящая злючка, ты это знаешь?

Мне уже давно это известно.

– И это говорит мне парень с точечными зрачками. На чем сидишь? Не мог дождаться окончания сета?

Он закрыл глаза и простонал:

– Я все понял. Ты злишься из-за сегодняшнего утра. Прости.
– Его руки метнулись к моему подбородку, и он продолжил: - Мы не можем просто…

Я снова отпихнула его и почувствовала, как его ногти оцарапали мне челюсть.

– Нет, Мейс!
– Мой голос взрывался, и я заставила себя успокоиться и сбавить тон. Последнее, что нам было нужно, - это чтобы кто-то услышал, что мы тут ругаемся.
– Просто… я не могу прямо сейчас, Мейс. Давай возьмем на вечер тайм-аут и вернемся к этому вопросу позже.

– Позже, да, последнее время я слишком часто это слышу. Мне уже надоело ждать этого позже.

Черт побери. У меня не было сил, чтобы сейчас с этим разбираться. Я попыталась потянуться к нему, успокоить, но он отшатнулся от меня.

– Черт побери, я не знаю, чего ты хочешь от меня, Мейс.

Его лицо исказилось злостью, когда он сказал:

– Не уверен, что вообще чего-то хочу от тебя.

Он вылетел в переулок через черный вход, и это не сулило ничего хорошего для наших отношений, потому что меня больше всего раздражало то, что он снова оставил нас со Спенсом собираться одних.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Выдох.

– Для тебя это действительно работа?
– Я обернулась и обнаружила Кейда, прислонившегося к двери. На нем была черная застегнутая на все пуговицы рубашка с закатанными до локтей рукавами. Можно было судить, что ты пребываешь в плохой форме, если даже вид предплечий парня отвлекает тебя. То, что я не видела его целую неделю, не подавило моего влечения к нему.

Неприятности.

– Иногда, - выдавила я.
– В данный момент это просто кукиш с маслом.