Клейтон отодвинул комод и побежал по коридору. У стены один из больных корчился в судорогах. Джо, как загипнотизированная, смотрела, как кожа мужчины покрывается большими рубцами, из которых потекла противная жидкость. Его лицо побагровело, и гной окрасила малиновая жидкость. Он открыл рот, чтобы закричать, обложенный язык высунулся изо рта, губы трескались под воздействием света, из каждой трещины на них текла кровь. Его глаза вращались в орбитах от нестерпимой боли, он корчился как угорь на горячей сковородке. Пальцы рук, вытянувшись вдоль тела, сжимались и разжимались. Наконец с последним болевым спазмом он громко кашлянул, и грязная смесь гноя и желчи вырвалась из его губ.

Джо ткнула тело стволом ружья — мертв. Клейтон торопливо прошел в направлении комнаты, где разыгралась трагедия. Не в силах войти в дверь, остановился на пороге, глядя на тело своей жены.

— О Боже, — застонал он, — нет, нет...

Приблизясь к телу, он опустился на колени и сжал руку Марии. Слезы потекли по его щекам, когда он увидел, как изувечена несчастная. Одежда была разорвана; ее тело испещрено десятками ран.

— Мария, — прошептал он, плача. И тут увидел убийцу, лежащего поблизости. Его печаль обернулась гневом, дикой злобой. Он принялся наносить по телу удары — в шею, голову, пока не сломал кость.

— Нет, нет, — рыдал он, — Мария, Мария, мерзкий ублюдок, зверь, убийца, — бормотал он, продолжая наносить удары по телу.

Тайлер увидел Джо, сразу отметив, что она не ранена.

— Клейтон?.. — спросил он.

— Там, — сказала Джо, показывая на комнату, — и Мария там, она убита.

— О Боже, — устало сказал Тайлер.

Взглянув на тело в коридоре, он прошел в комнату, где Клейтон все еще наносил удары по телу убийцы. Изнуренный, стоя на коленях, он вонзал пальцы в искалеченное лицо противника. Нанося удары по лежащему телу, он склонился к жене, и слезы текли по его щекам.

Тайлер покачал головой, глядя на тело Марии, затем подошел к Клейтону и попытался поднять его, оторвать от ненавистного разбитого трупа.

— Они убили ее, — зарычал Клейтон. — Посмотри, что они с ней сделали.

Тайлер покачал головой.

— Если бы я послушал тебя, этого бы не случилось, — простонал Клейтон.

— Это была не ваша вина, — сказала Джо.

Доктор, казалось, утих, его взгляд снова обратился к изувеченному телу жены.

— Это сделал мой брат, — сказал он.

Тайлер был в ужасе.

— Ты видел своего брата?

Врач кивнул.

— Он убил мою жену.

В комнате повисла тяжелая тишина.

— Я должен был послушать тебя, Тайлер, — упрямо сказал врач. — Я должен был послушать. — Он вышел из комнаты.

Джо обвила рукой запястье Тайлера.

— С тобой все нормально? — спросил он.

Она только покачала головой. Ее глаза были прикованы к двум телам, лежащим у ее ног. Она могла бы быть на их месте. Джо вздрогнула. Тайлер подошел к окну и посмотрел вниз. В мглистой тьме ничего не было видно — только тела убитых. Ветерок принес запах смерти. Он смешался с запахом, наполнявшим комнату. Когда они вышли обратно в коридор, Клейтона там уже не было. Тайлер на секунду остановился, глядя на скорченное тело убийцы, затем, ухватив его за ноги, втащил в комнату, где были остальные трупы, и запер дверь.

— А как насчет тела Марии? — спросила Джо, видимо, обеспокоенная ее соседством.

— Мы ничего не сможем сделать до утра, — сказал Тайлер.

Спустившись вниз, они нашли Клейтона в баре. Налив большой стакан шотландского виски в свой стакан, он водил по краю бутылки указательным пальцем.

— Я хочу похоронить свою жену, Тайлер, — сказал он тихо. — Я хочу... — Он не договорил, громко вздохнул и сделал несколько глотков. — Мы были женаты пятнадцать лет. Для меня она была всем. Бог не дал нам детей. — Выпив стакан до дна, он налил следующий. — Прости меня за вспышку, — он сардонически улыбнулся. — Я должен рассказать вам о двадцати своих пациентах, которые никогда не выздоровели. Двадцать человек за восемнадцать лет — это довольно много. Но это всегда было на расстоянии, если вы понимаете, что я хочу сказать. У смерти до сегодняшнего дня не было реального лица.

Он сделал большой глоток обжигающей жидкости.

— У смерти теперь лицо моего брата. — Клейтон засмеялся. Повисла долгая тишина. — Я хочу убить своего брата, — нарушил ее доктор. — Я разрушу смерть. — Он улыбнулся и, как бы усиливая свои слова, поднял стакан над головой.

Доктор достал еще два стакана и наполнил их янтарной жидкостью.

— Выльете со мной? — спросил он.

Тайлер покачал головой.

— Почему бы и нет? — отозвалась Джо.

Они сидели на высоких стульях напротив доктора.

— Что бы вы ни собирались предпринять, — сказал Клейтон, — я помогу вам. Во имя моей жены.

— Он сжал зубы, на его челюсти дергались узелки мышц.

— Я не думаю, что сейчас время говорить об этом, — сказал фермер.

Клейтон покачал головой.

— Я настаиваю, — его голос окреп, — я хочу, чтобы кто-то заплатил за то, что произошло сегодня.

Тайлер глубоко вздохнул.

— Мы не можем выбраться отсюда, из Вейкли, — сказал он. — Как я понимаю, у нас есть только один выход.