Меня не интересует твоя жизнь, Фэллон.

Знаешь, как я раньше тебя называл? Киска-которая-постоянно-под-рукой.

Я делала быстрые вдохи, но выдыхала медленно, как будто моему телу не хватало сил на следующий вздох. Быстрый вдох. Медленный выдох. Быстрый вдох. Медленный выдох.

Как он мог так поступить со мной? Как она могла?

Ты такая же шлюха, как и твоя мать. Слова Мэдока не ранили раньше, потому что я знала – это неправда. Почему они доставляли мне боль сейчас?

Ты действительно думала, что он тебя любил? Он использовал тебя!

Зажмурившись еще крепче, сглотнула. Глотай. Глотай.

Я услышала свое имя. Мэдок. Он звал меня по имени.

– Фэллон! Посмотри на меня!

Открой глаза! Что ты видишь?

Мои глаза распахнулись, и я увидела Мэдока. Он стоял предо мной. Едва не плача, сжимал мои плечи.

Кто ты? Плавный, с ирландским акцентом, голос отца окутал меня. Кто ты?

Я вновь и вновь сжимала кулаки и моргала, пока Мэдок целовал мой лоб.

Я не пытаюсь убить твоих демонов. Я действую с ними заодно.

Именно это делает Мэдока хорошим парнем, Фэллон. Он подбирает осколки.

Я чувствовала его ладони у себя на лице; большие пальцы поглаживали мои щеки.

Он подбирает осколки.

Пригрози этим еще раз. Я проломлю твоей головой стены, чтобы добраться до Фэллон.

Поторапливайтесь, Отец. Ей нужен поцелуй.

Мэдок.

Мое сердце переполнилось. Он мой. Он всегда был моим.

Мэдок. Мой Мэдок.

Заглянув ему в глаза, увидела любовь, беспокойство, страх…

Сохраняя зрительный контакт, заполняла свои легкие воздухом.

Что бы ни происходило на поверхности моря, это не потревожит спокойствия его глубин.

– Фэллон, пожалуйста, – умолял Мэдок. – Послушай меня.

– Нет, – в итоге пробормотала я, опустив руки и вздернув подбородок. – Замолчи, – сказала уверенно.

Обогнув его, медленно… очень медленно… приблизилась к матери, сложив руки на груди.

Сохраняя непроницаемое выражение на лице, склонилась к ней практически нос к носу и пригрозила тихо:

– Ищи адвоката. Мы с Мэдоком хотим наш дом. А союзников у тебя немного, матушка. Выступи против меня. И. Ты. Проиграешь, – процедила сквозь зубы

Не дав ей шанса отреагировать, развернулась и вышла из туалета, по пути схватив Мэдока за руку.

– Фэллон, позволь мне объяснить. Ничего не было, никогда. Патриция пыталась меня соблазнить, но я…

Резко остановившись, повернулась к нему лицом.

– Я даже слушать не хочу. Мне не нужны заверения, когда дело касается тебя.

Обхватив ладонями лицо Мэдока, припала к его губам. При первом же контакте я оказалось у него в плену. Я принадлежала Мэдоку телом и душой. Нас никто не остановит. Особенно моя чудовищная мать.

Она не получила от меня разнос, который заслужила, только от него все равно толку бы не было. Я бы зря потратила время. Эта женщина уважала лишь деньги и власть, а я сейчас пригрозила ей и тем, и другим.

Если уделю ей больше внимания, поплачусь сама.

Больше. Никогда. У нас с Мэдоком целая жизнь впереди.

– Я тебя люблю, – прошептала против его губ.

Коснувшись своим лбом моего, он вздохнул.

– Слаба Богу. Ты меня напугала.

Услышав, как кто-то кашлянул, повернула голову. Мое сердце мгновенно подскочило к гортани.

– Папа! – воскликнула я. Вырвавшись из рук Мэдока, кинулась к отцу и обняла его, едва не сбив с ног.

Он закряхтел из-за силы столкновения, после чего сказал:

– Привет, малышка.

– С тобой все в порядке? – спросила я, отстранившись, чтобы получше его рассмотреть.

Папины светло-каштановые волосы были зачесаны назад, его лицо, обычно гладко выбритое, заросло щетиной с проседью. Он надел черный костюм от Армани, отдав предпочтение галстуку, так же как и Джаред с Мэдоком, вместо бабочек, в которых пришли все остальные мужчины.

– Все нормально. – Папа кивнул, поглаживая меня по рукам. – Извини, что заставил тебя волноваться.