— Борются: Шишманашвили — из Икалто. От Джохоло — Борчашвили. Музыка, играй.

И раздувались у зурначей щеки — казалось, вот-вот лопнут.

Вдруг разнесся слух: борется Бакурадзе.

Молодежь двинулась к кипарисам.

Неотразимой приманкой было это имя для мужской половины человеческого рода — даже старики и те с довольными, хмельными улыбками покинули изобильные пиршественные столы.

И весь народ разом хлынул на площадку для борьбы. Те, кто не смог протиснуться в кольцо, бросились к кипарисам.

Внутри круга ходил какой-то плечистый верзила, упирался в грудь наступающим зрителям и кричал надсадно:

— Назад! Назад! Шире круг!

Но противостоять напору было невозможно, — чуть попятившись, люди через мгновение снова подавались вперед.

Тогда верзила взмахнул добытой откуда-то хворостиной, забегал внутри круга, стал хлестать по ногам напирающую толпу. Тут передние отшатнулись, отступили на шаг.

Рядом с зурначами, окруженный почитателями, готовый к бою, стоял Бакурадзе. Подбоченясь левой рукой и чуть склонив могучую шею, он с покровительственным видом дожидался противника. И противник не заставил себя ждать — зрители сразу узнали чалиспирского богатыря. Это превзошло все их ожидания. Лучшего зрелища алавердский праздник не мог предложить!

Бакурадзе хорошо знал Закро — относился к нему с большим уважением и был бы рад встретиться с ним на любом ковре, в любом соревновании, а не просто для забавы, во время праздничного гулянья. Но и тут он не стал уклоняться — пристали чалиспирские ребята, да и своим друзьям он не захотел отказать. Такая у него была слава — не отступит даже перед взбесившимся буйволом.

Закро разулся и ногой в носке попробовал грунт, поросший шелковистой травой. Валериан с большим тщанием подпоясывал его ремнем. Варлам неторопливо заправлял ему за пояс полы короткой чохи — борцовки.

Зурна смолкла.

Зрители затаили дыхание.

Верзила, стоявший около барабанщика, подошел к Бакурадзе.

Они пошептались. Верзила, схватив руку борца за запястье, поднял ее вверх и возгласил зычно, словно через рупор:

— Выступают: от Чабинаани — Бакурадзе. Абсолютный чемпион страны по грузинской борьбе, мастер спорта. Ахметский район.

Выпустив руку Бакурадзе, он пересек круг и встал рядом с Закро.

— От Чалиспири — Заалишвили. Имеешь какое-нибудь звание?

Закро махнул рукой:

— Хватит с меня и этого.

«Арбитр» посмотрел на него с недовольным видом и закончил:

— Телавский район. Играй, музыка!

Зажужжала первая зурна. Визгливо подхватила напряженную мелодию другая. Загудел барабан — учащенно забились под его мерный грохот сердца.

Кровь закипела в жилах.

Нервы напряглись до предела.

Затрепетали мышцы, и борцы двинулись навстречу друг другу.

Разведка была мгновенной — зрители не успели вздохнуть, как она завершилась.

Чемпион загородился левой рукой, а правой сумел ухватить противника за ворот.

Последовала молниеносная подножка — зрители увидели только, как могучее тело поднялось в воздух и чалиспирский богатырь ударился оземь правой лопаткой.

— У-ух! — взревели чабинаанцы и все друзья-приятели чемпиона. — Есть! Положил!

— Не было! Не было!

— Больше не борись, Зураб!

— Не было! На одну лопатку упал!

— Браво, Зураб! Молодец!

— Да не проиграл Закро, чабинаанцы, чтоб вашу…

— Ура-а! Выходи из круга, Зураб!

Но Бакурадзе не ушел из круга. Ликование было преждевременным. Он знал, что положить Заалишвили не так-то просто.

Словно распрямившаяся пружина, вскочил с земли Закро.

Долго ходили борцы друг возле друга. Выиграв очко, Бакурадзе стал осторожен.

И вновь на мгновение окаменели зрители.

Тем же приемом, какой применил Бакурадзе, Закро бросил чемпиона на землю и отскочил в сторону.

Пришла очередь чалиспирцев взреветь от восторга.

Бой постепенно становился все напряженнее. Соперники, до сих пор настороженные и осмотрительные, разгорячились сверх меры. Приемы молниеносно сменялись, следовали один за другим, подножки и подсечки чередовались с захватами. Поединку, однако, не было видно конца. Каждый шаг вперед или в сторону был точно рассчитан, каждый прыжок отмерен, атака и защита обдуманы до мелочей.

Усталые борцы пристально следили друг за другом, надеясь обнаружить хоть малейшую ошибку, мельчайший просчет в тактике противника, стараясь отвлечь или притупить его внимание.