За барной стойкой снова стоял великолепный Кени Джексон. В радующей глаз черной разрисованной футболке, под которой перекатывались бицепсы, пока он смешивал «Космо», чтобы отослать заказ с официанткой.

– Ну, Кени Джексон, – проговорила я, присаживаясь на ближайший к нему пустой стул. – Какие у тебя цели в жизни?

Он поднял на меня взгляд и улыбнулся:

– «Кетель уан» с тоником и большой долей лимонного сока?

Я одарила его полуулыбкой:

– Нет ничего более ценного и опасного, чем бармен с хорошей памятью.

Кени расхохотался, закидывая в стакан несколько кубиков льда.

– Я не опасен. Что произошло с твоей губой?

– В «Уолмарте» была распродажа. Очень жизненно, правда?

– Выглядит, как будто очень больно.

– Ничего такого, что не вылечит глоток водки.

– Я уже слышал эту историю раньше.

– Все изливают душу своему бармену. Если рассматривать в качестве примера завсегдатаев этого заведения, то, наверное, ты слышал истории, от которых у среднестатистического человека глаза на лоб полезут.

– Моя ценность в умении держать язык за зубами, – признался Кени, наливая водку в напиток. – Иначе я бы здесь не работал.

– Ммм… – я задумалась, не водил ли он мазератти. Шантаж мог быть довольно выгодным приработком. – Мне кажется, что твои покровители ценят твою сдержанность достаточно, чтобы дополнительно тебя поощрять.

– У меня есть несколько щедрых клиентов, – уклончиво ответил он, выжимая дольку лимона.

Затем поставил передо мной напиток и отошел в другой конец бара, чтобы принять заказ. Я смотрела, как он с хлопк'oм открыл пару бутылок пива.

– Возвращаюсь к своему первоначальному вопросу, – продолжила я, когда бармен снова подошел. – Кем ты хочешь стать, когда вырастешь, Кени?

Кени пожал плечами, одновременно ополаскивая в раковине несколько бокалов.

– Барменом.

– Барменом?

– Думаешь, с этим что-то не так?

– Нет, просто удивлена,- призналась я – Хотя, ты молодой, чрезвычайно красивый обаятельный мужчина. Мог бы стать моделью, актером. Ничего не имею против твоей профессии, но сомневаюсь, что твои чаевые можно сравнить с гонорарами моделей Ральфа Лорена.

– Поговори об этом с Хуаном Барбаро, – посоветовал Кени. – Я и так в порядке.

– Ты случайно не хочешь стать звездой поло? Шпионом? Дорогостоящим жиголо? – Кенни улыбнулся и все женские сердца в зале пропустили удар.

– Почему ты спрашиваешь?

Я рассмеялась.

– Я не для себя интересуюсь, но в Палм-Бич тебя ценили бы на вес золота.

Кени сделал вид, что его передернуло.

– Таких денег мне не надо. И я предпочитаю девушек младше пенсионного возраста.

Кто бы мог его обвинить? Средний возраст жительниц Острова полз вверх с предельно допустимой скоростью. Пластическая хирургия набирала обороты.

– Так проведи границу перед дверью своей спальни, – предложила я. – Ты хоть примерно представляешь, сколько эскорт зарабатывает за сезон?

– Сопровождение пожилых леди на благотворительные балы не подходят под мое понимание хорошего времяпрепровождения, – ответил Кени. – Я получаю удовольствие от своего занятия, от людей, с которыми встречаюсь. Это весело.

– Ты заводишь здесь много друзей, – заметила я.

– О, да.

Подошла официантка, подала ему заказ, а меня обдала оценивающим и неприязненным взглядом. Сучка.

– Ты говорил, что знал Ирину.

– Да, в некотором роде.

– А кого-то из ее друзей знаешь? Подружек, которым она доверяла?

Кени начал встряхивать мартини. На груди и предплечьях перекатывались мускулы.

– Мое мнение: Ирина заводила знакомых и соперниц, а не друзей. Она не производит впечатления девушки, способной кому-то довериться.

– Соперниц?

– Девушки, вращающиеся в этой компании, все хотят одного и того же, и здесь столько мультимиллионеров и привлекательных игроков в поло, чтобы увиваться за ними.

Он забавно посмотрел на меня:

– Ты работала вместе с ней. Должна знать о ней больше меня.

– Выясняется, что я совершенно ее не знала, – призналась я. – Что насчет Лизбет Перкинс? Она была ее подругой.

– Девчоночья привязанность.

– Лизбет лесбиянка?

– Нет, – ответил Кени. – Это больше походило на поклонение кумиру. Ирина была гламурной, экзотичной, искушенной, уверенной в себе.

Всем, чем не была Лизбет.

– Ирина когда-нибудь приходила сюда с другом?