На следующий день Кусенев вновь вызвал Волкова. У него созрел план, вот только получится ли? Все зависит от того, как поведет себя подозреваемый. Побеседовав, как всегда, на отвлеченную тему, Кусенев задал провокационный вопрос -- сможет ли он показать ту дорогу и ту яму, где мимо него проезжала машина? Каково же было удивление, когда Волков вполне спокойно ответил, что сделает это с большим удовольствием. Если Волков не насиловал женщину, думал следователь, то откуда известна яма, причем сбоку от дороги, и как он мог знать, что мимо проезжала машина с самодеятельностью? Опасаясь, что Волков может передумать, Кусенев тут же позвонил в отдел милиции и попросил прислать машину. Понятые жили недалеко, были дома и быстро подошли. Как только подъехала машина, Кусенев с Волковым и понятыми выехали в лесопарковую зону. Проезжая по лесной дороге, Волков попросил остановиться и уверенно указал ту самую яму, что и потерпевшая. Кусенев составил протокол, в котором указал месторасположение и размер ямы, после чего все вернулись в отдел. Отпустив понятых, Кусенев с Волковым прошел в отдел милиции. Предстояло закрепить результаты выезда на место происшествия. Допрос продолжился. Волков держался вполне спокойно и уверенно. Сцепленные руки лежали на коленях. "Скольких же женщин, подкарауливая в безлюдных, темных местах, хватали эти руки?" -- в какой раз непроизвольно подумал Кусенев. Пока доказывается лишь случай с потерпевшей Лидой, ее подруга не захотела светиться. А ведь могут быть и другие, кто не стал обращаться в милицию. Кусенев все чаще думал об этом. Вид у Волкова самодоволен и безмятежен. Но вот глаза странные какие-то: будто стеклянные и примороженные. Приглядевшись повнимательней, ощутил насколько они холодны и мрачны, да и улыбка будто приклеена. Что же не хватало этому отморозку? Ведь есть жена, ребенок!..

– - Вы меня прямо как экспонат какой-то разглядываете. -- Волков, расцепив ладони, пригладил на голове волосы.

– - Да вот один вопрос все хочу задать.

– - Спрашивайте, мне скрывать нечего, -- ответил Волков. -- В глазах ни тени беспокойства.

– - Понимаете, какое дело, вы же сами себе противоречите, -- размеренно, продумывая каждое слово, сказал Кусенев.

Заметил, что щелки стеклянных глаз сузились, а зрачки потемнели, сменив в них наигранную безмятежность. "Запсиховал, размышляет, в чем же прокололся", -- подумал Кусенев.

– - Так вот, -- продолжил он, -- если вы не насиловали женщину, то откуда знаете, где произошло изнасилование и что именно в этот момент там проезжала машина с артистами? Предвижу ваш встречный вопрос и отвечаю сразу: установлено, что лишь один раз и только в это время там проезжали люди на машине. Что на это скажете?

Покрутив головой, Волков недовольно хмыкнул, потом покраснел и опустил глаза.

– - Мне надо подумать, -- сказал, звонко чмокнув губами.

– - Думайте.

После размышлений Волков стал выкручиваться, что машина вполне могла быть и другая, а место, может, перепутал -- темно было.

– - Но ведь вас никто не просил останавливать сегодня машину именно в том месте и показывать именно ту яму, -- не отступал Кусенев.

– - Не знаю, не знаю, надо подумать.

Думал он долго, а отвечать не стал, сославшись на головную боль. И в этот раз Волкова пришлось отпустить, так как требовались более веские, неопровержимые доказательства. "Этот наглый тип, -- думал Кусенев, -- от своих слов может в любое время отказаться".

Командировка затягивалась. Арестовать Волкова было нельзя, и он пока на свободе. Кусенев с нетерпением ждал результатов экспертизы. Почти каждый вечер названивал жене и говорил, что пришлось задержаться, но теперь-то уж скоро вернется. Спрашивал, как дела дома?

– - Нормально, -- как всегда отвечала жена.

Скажет "нормально" и на душе легче. Какая же умница! Пока не было результатов экспертизы, время даром не терял: помог разобраться с ДТП тех самых двух мотоциклистов. Материалы уголовного дела направил в суд: в них полностью подтвердилась вина местного депутата, за которого к следователю отдела было так много ходатаев.

Но вот наконец-то получено заключение экспертизы. Оно подтвердило, что Волков мог быть насильником. Теперь появились доказательства его виновности в совершении преступления. Кусенев пришел к прокурору с материалами уголовного дела, и, ознакомившись с ними, тот принял решение избрать для Волкова меру пресечения -- содержание под стражей. Кусенев подготовил постановление об аресте, и прокурор в этот же день такую санкцию дал.

Явился Волков. Войдя в кабинет, сел на предложенный стул и, уставившись на Кусенева, спросил:

– - Меня арестуют?

– - А есть за что? -- прищурился Кусенев.

– - Я же говорил, что ни в чем не виноват.

– - Тогда прочтите постановление о привлечении вас в качестве обвиняемого.

Волков взял постановление и стал читать. Прочитав, глубоко вздохнул и вновь уставился на Кусенева.

– - Понятно, в чем обвиняетесь? -- спросил тот.

Волков опустил голову. Молчание затягивалось. О чем он думал, догадаться было не трудно: скорее всего, прокручивал варианты как выгородить себя.

– - Я должен допросить вас в качестве обвиняемого, -- прервал молчание Кусенев. -- Вы признаете себя виновным в изнасиловании Лидии Котовой?

Волков стал молча качать головой. Так длилось минут пять.

– - Так будете давать показания или отказываетесь? -- напомнил Кусенев.

– - Я подумаю, -- выдавил наконец Волков и вновь опустил голову.

Кусенев уже хотел отправить Волкова в камеру, как того словно прорвало. Он заговорил быстро-быстро о том, что никакого изнасилования не было и его должны были бы видеть проезжавшие в машине люди. Потом обвинил Кусенева, что это он сфабриковал против него доказательства и сам показал ему злополучную яму, но он с этим не согласен и требует провести следственный эксперимент: пусть проезжающие на машине увидят лежащих в яме людей. Волков был раздражен, путался в мыслях, часто повторялся.

Выслушав эту длинную тираду, Кусенев отметил все его доводы в протоколе допроса. Ему же сказал:

– - То, что считаете, будто я сфабриковал дело, пусть останется на вашей совести. Но как быть с результатами экспертизы? Их ведь не сфабрикуешь? Прочтите.

Волков прочитал заключение экспертов и умолк, а Кусенев объявил, что он арестован и дал ознакомиться с санкцией прокурора на арест. Прежде чем подписать, Волков упавшим голосом заявил:

– - Я так и знал...

Его увели в камеру, а Кусенев пошел к прокурору, чтобы доложить о результатах допроса и доводах обвиняемого. Тот посоветовал провести следственный эксперимент, чтобы Волков сам на месте убедился в своей неправоте.