– Не стоит накрывать в столовой, я могу поесть и здесь. Все же лучше, чем одиночество за огромным столом, - выдержав паузу, я посмотрел на седовласую женщину в цветастом фартуке, - Как вас зовут?

– Маргарет, - ответила та, мягко улыбнувшись.

– Готье, - представился я, - Чем будете потчевать? – широко улыбнулся, и кухарка ответила тем же.

Показалось, что от банальной вежливости она словно ожила и засияла. Вся встрепенулась и принялась показывать на кастрюли, стоящие на печке:

– Все, чего сударь пожелает. Есть и овсяная каша на свежем парном молоке, и омлет с зеленью и козьим сыром, и оладьи с кленовым сиропом.

– Звучит настолько вкусно, что я попробую все.

Я поел быстро и в прямом смысле от пуза. Горничная, что помогала Маргарет, ушла по своим делам – работы в замке много; а я остался на кухне, попросив чашечку крепкого кофе и думая, как вывести кухарку на разговор и не показаться при этом сумасшедшим.

– Маргарет, присядьте, - попросил я, - Вы, поди, все утро на ногах.

– Ох, ваша правда, сударь. Никогда не знаешь, что захочет на первую трапезу граф дю Мен, приходится готовить все его любимые блюда. Иначе, гнева хозяина не избежать, - она глубоко вздохнула и долила остатки из кофейника в металлическую чашку. Уселась напротив, и устало улыбнулась.

– Здесь, в замке, витает странная атмосфера, вам не кажется? – начал я издалека, - Как будто сквозняк гуляет, и воздух такой липкий иногда, зябкий.

– Все заметили, а толку? В деревне, что за лесом, много не заработаешь, а граф, хоть и строг со слугами, но платит исправно. Вот и едем, - Маргарет махнула рукой, - Я долго привыкала к холоду замка, а вы тут всего несколько дней.

Помолчали. Я отхлебнул глоток вкусного напитка, Маргарет повздыхала. И тогда я решился, задал вопрос в лоб:

– Маргарет, а вы верите в призраки?

Спросил и тут же затаил дыхание.

Она долго молчала, пристально изучая меня глазами, что от старости заволокло бледной поволокой. Нахмурилась, пожала пухлыми плечами и наконец-то ответила:

– Никогда с ними не сталкивалась, но люди говаривают всякое. Я человек набожный, религиозный, но есть ведь вещи, которые церковь объяснить не может.

– Да, - протянул я, уставившись в свою чашку.

– Я только слышала, что призраков, коль ты уж с ними пересечешься, никогда нельзя звать по имени, - она слегка передернулась, - Даже, если они настаивают и твердят его, никогда вслух произносить нельзя – быть беде.

– В смысле? – от этой информации я встрепенулся.

– Старуха одна живет, прямо на границе с лесом – древняя, слепая совсем, как только дышит еще. Ходят к ней из поселений за зельями разными – от суставов, от сна беспокойного. Слепая старуха, но крепкая. Такая и нас переживет - на корешках своих, да на травках, подколдовывая. Так вот, говаривала, она, что ежели призрака позвать или заговорить с ним, то он может вернуться в свое тело или переселиться в чужое. А призраки, обычно ведь, души неспокойные, злобные, - Маргарет задумчиво посмотрела на меня, и улыбнулась, - Но это всего лишь сказки да приданья. Ерунда от бабки спятившей, я в такое не верю.

Интересно. Очень интересно…

– Неужто, один раз имя назвать - и призрак ожить может?

– Кажется, она говорила, что звать нужно столько раз, сколько дней мертв человек. А вам зачем, сударь?

– Да так, люблю все неизвестное. Я-то не церковный человек, тем-более атмосфера здешняя уж больно располагает слушать такие вот байки, - пожав плечами, я быстро допил свой кофе и поднялся из-за стола, - Спасибо вам за завтрак, Маргарет. Вы были очень добры.

Кухарка кивнула ласково и улыбнулась напоследок.

***

Весь день меня не покидало какое-то беспокойное чувство. Словно изнутри что-то шевелилось в моем бестелес ном лике, вертелось, переворачивалось. Объяснить такие метаморфозы я не могла, поэтому слонялась по за мку и вздрагивала каждый раз, когда ощущение усиливало сь.

Как стемнело, поднялась по лестнице, да прошла в покои графа. Полюбовалась благоверным, пока он отходил ко сну, повздыхала над его холодной красотой и молча вышла из комнаты.

Все равно ведь не услышит.

Бродила по коридорам, ра зглядывая цветы – мои любимые: алые и белые розы. Ведь собственноручно высаживала кустарники под окнами своей спальни , что б вдыхать любимый ароматом по утрам, когда воздух влажный, тягучий и свежий – туманный. Попыталась прикоснуться к лепесткам , но без толку – пальцы прошли сквозь бутоны.