Я отвернулся от окна и бросил взгляд на разметавшуюся на постели девушку. У неё была великолепная фигура, нежная кожа цвета алебастра и рыжие волосы, кои редко можно было встретить в Столице. Глаза женщины были закрыты плотной повязкой - Жрицам запрещено видеть лица тех, с кем они провели ночь. Дети, рождающиеся у них, никогда не знали, кто их отец и как он выглядит - для них был лишь один отец - Князь. Уже сейчас, спустя несколько часов после совокупления, низ живота Жрицы едва заметно округлился, что говорило о том, что плод зародился и спустя три года свет Солнца увидит новый лемурианец - на нежной коже девушки проступила литера "М" - мальчик. "Надеюсь, он повторит мой путь", - как обычно подумал я и вышел из комнаты. Выйдя на улицу, вытащил Лотурна из чехла и попросил его перенести меня к Замку, где меня ждал Видящий. Старый демон рассеяно фыркнул, но выполнил просьбу.

Мир свернулся в точку, и сквозь тело прошла чистая энергия, даваемая светилом - это было незабываемое ощущение. Казалось, что в каждую клетку организма переполняет безграничное количество силы, которой подвластно все, даже время. Но миг спустя мир снова вернулся, только я уже стоял напротив Замка, до которого пришлось бы идти минимум неделю. Створки ворот бесшумно отворились, приглашая войти, и мне ничего не оставалось делать, как подчиниться...

Внутри было пусто и лишь на противоположном конце комнаты расположилась высокая кафедра, за которой сидел Видящий. Мне приходилось видеть их множество раз, но каждый из них, мое сознание не могло понять, как можно видеть мир своими глазами. В бесчисленный раз мои ноги прошли через весь зал и остановили на самой границе света, который порождала небольшая лампа. Анабель удивленно вздрогнула - сидящий за кафедрой не был лемуром, он был человеком.

– Книгу, - безжизненным голосом произнес Видящий, и на поверхности дерева появился Тогаш. Кишара чуть сжала свои тугие объятия - повязку, заменявшую мне глаза, немного пугали эти слуги Князя, и показала мне сущность сидящего. На краткий миг мир окрасился в синие и зеленые цвета, а человек исчез. Мои губы разошлись в улыбке, ибо Видящий на самом деле был допельгангером - существом способным принимать любой облик. В свете лампы сидело существо очень похожее на стрекозу, с обрезанными крыльями. В огромных фасеточных глазах отражался я, книга и абажур лампы. Повинуясь моей просьбе, повязка вернула мне обычную картинку из всех оттенков серого. Видящий, если и почувствовал мои действия, никак не отреагировал, а продолжал сосредоточенно листать страницы. Затем он поднял на меня серые глаза.

– Почему так долго?
– от Нибо прокатилась волна раздражения, а Согош яростно щелкнул застежкой кармана.

– Возникли проблемы, - спокойно ответил я, не вдаваясь в подробности. Допельгангер прищурился, словно хотел проникнуть взором за ткань повязки и увидеть мои глаза, чтобы прочитать какие именно трудности возникли. Несколько минут он буравил Кишару взором, прежде чем негромко произнес.

– Сними перчатки...

– Поздравляю, Минато-сан! Или лучше назвать тебя Йондайме!

– Сарутоби-доно, прекратите. Подобное обращение мне не очень приятно слышать от вас...

Тук-тук, тук-тук, тук-тук...

Сердце не изменило своего ритма - оно наверно уже забыло, как это делается. Тонкие черные перчатки лежали на кафедре, а Видящий озабоченно рассматривал мои почерневшие кисти. Иссушенная, обугленная кожа опадала хлопьями от малейшего прикосновения пальцев допельгангера. Он покачал головой, не сводя глаз со сквозных дыр, через которые отчетливо были видны утончившиеся и пожелтевшие за долгие годы использования Тьмы хрупкие кости. Местами на них виднелись сине-зеленые пятна Тени - верный признак того, что тело больше не может служить замыслам Князя. Такова судьба каждого Разрушителя - как называли существ подобных мне - с течением времени Черное Солнце убивало нас, превращая в развалины.

– Ты достиг своего предела, - вынес вердикт Видящий и добавил после краткой, едва заметной паузы.
– Если уже не переступил через него. Ты начал тереть контроль над Тьмой?
– существо сразу поняло, в чем заключались проблемы.

– Да, мне стало трудно контролировать её объем, - я спокоен и безэмоционален, хотя любой другой метался бы в панике.

– Жаль, - в его голосе проскочили нотки сожаления. Серые глаза снова перескочили на повязку.
– Кто был придан тебе?

– Джамал, - имя, которое соскочило с моих уст, заставило слугу Князя поежиться.
– Великий Разрушитель.

– Вот как? Он сейчас слышит нас?

– Нет, он проиграл Схватку, - на лице собеседника возникло недоумение - не каждый день ему приходилось слышать, чтобы демона, которого запечатали для усиления способностей инструмента, был развоплощен и полностью стер из всех планов бытия. Особенно такого сильного демона. Видящий встал и подошел ближе, чтобы положить кисть мне лоб. Спустя миг, мы стояли посреди выжженной пустыни, над которой висел шар черного цвета, поистине колоссальных размеров. Казалось, что его отделяет от песка всего несколько метров, а диаметр Огня равен самой вселенной. Винтик Либриторума опешил, глядя на мой кусочек Черного Солнца, а в его глазах отразилось нечто похожее на страх.

– Это поразительно, - еле слышно прошептал допельгангер, едва мы успели вернуться в реальность.
– Я никогда не видел подобной мощи, - тут он вспомнил, что я не ушел.
– Кем была твоя мать?

– Человеком, она была одной из Жриц, - это было единственным, что осталось в моей памяти. Все остальное исчезло в тот миг, когда, в пять лет, моя нога переступила порог Цитадели. Двенадцать циклов я познавал таинства управления Тьмой, а затем время застыло для меня навечно. Неважно сколько лет прошло с тех пор, как мне вручили атрибуты и дали первое задание - счет времени заменил счет выполненных миссий. Слуга Князя приподнял брови, скосил глаза в нутро Тогаша и его лоб прорезала морщина.