Наташа молча шла к дому, никто не обратил внимания на нее, и она беспрепятственно поднялись в дом по широкой лестнице. Похоже, здешние жители мало тревожились о безопасности.

Внутри дома царил тот же беспорядок, что и на улице. Здесь было очень людно; хотелось надеяться, что далеко не все бандиты, иначе их число по самым скромным подсчетам переваливало за пятьдесят.

Эмми было не по себе.

Музыка в доме прямо-таки гремела, приходилось кричать, чтобы собеседник расслышал. В доме было полно пьяных людей, все они были одеты в кожу и усеяны пирсингом и татуировками, что несколько стирало границы между ними.

Мебели в доме не наблюдалось, и гости в большинстве своем стояли, а те, кто уже не мог, сидели прямо на полу. Обои на стенах ободрали, из-под них виднелась штукатурка. Грязные окна и затоптанный пол довершали картину полного запустения. Кто бы ни был хозяином этого дома, быт его интересовал в последнюю очередь.

Протолкнувшись через не совсем трезвую толпу, Наташа добрались до лестницы на второй этаж. Именно около ее напоролась на первое препятствие в виде рослого мужчины в кожаных штанах и в такой же безрукавке. На его обнаженной груди подтеки спермы. Длинная борода прикрывала татуировку, но при желании ее можно было прочесть.

Увидев громилу, который в плечах был раза в два шире девушки, Наташа пожалела, что не взяла оружие.

– Куда?
– прогромыхал байкер и преградил Эмми путь, как только она поставила ногу на первую ступень лестницы.

– Я направляюсь к Димитрию, - голос Наташи звучал расслабленно и вместе с тем уверенно, что должно было навести собеседника на мысль о ее значимости.

Громила осмотрел Эмми с ног до головы, и, кажется, увиденное вполне его удовлетворило. Но уже в следующее мгновение его лицо снова стало угрюмым.

– Станцуй для него хорошо, - с презрением поинтересовался мужик.

– Разумеется, - с не меньшей долей отвращения огласила Наташа со своим новым статусом.

Здоровяк хмыкнул и дал указания, как пройти в комнату Димитрия, после отступил в сторону, пропуская девушку.

По мере того как Наташа поднималась по лестнице, музыка странным образом становилась все тише. К тому моменту, когда она достигли второго этажа, она осталась где-то позади...

Разница между первым и вторым этажами была колоссальна. Если внизу казалось, что Эмми находится в каком-то дешевом притоне наркоманов и алкашей, то здесь она неожиданно очутились во вполне приличном доме с претензией на роскошь.

Перед ней был длинный, прямой коридор без всяких намеков на ободранные стены; пол устилал мягкий ковер. Теплый свет лился с потолка, придавая атмосфере интимность. Освещение было недостаточным, чтобы рассмотреть все в подробностях.

В коридор выходило несколько дверей, но Наташа, следуя указаниям громилы, направились к дальней. Девушка набрала воздуха и постучала в дверь, спустя несколько секунд дверь распахнулась, и на пороге появился мужчина. Это был он, Димитрий, которого ей описывала Катарина. Старше Наташи, может, лет двадцати пяти, и действительно такой высокий, как ей рассказывали, - скорее всего, шесть-шесть или шесть-семь. В других обстоятельствах она бы сочла его сексапильным. Темные волосы до плеч, связанные сзади в короткий "конский хвост". Карие глаза. Черные джинсы и футболка. Сами плечи широкие и развитая мускулатура, Алексу он мог бы составить конкуренцию.

Карие глаза смотрители на нее, будто где-то уже видели девушку, но не могли понять где.

"Он мог сойти за крутого парня", - подумала Наташа.

– ... танцы, - ляпнула она.

Димитрий не поверил.

– Где Милея?
– спросил он, не сводя глаз с девушки.

Наташа вздрогнула.

– У нее другой заказ, а я новенькая.

Не проронив ни слова, отступил, пропуская девушку внутрь, Эмми молча вошла в комнату.

Комната выглядела так, словно пребывала нетронутой с начала позапрошлого века. Почти все пространство занимала старинная массивная мебель. Плотные шторы фалдами спускались до самого пола, а стены сплошь покрывали гобелены, на которых были с большим искусством изображены сцены охоты, причем не только на животных. Кое-где в качестве дичи выступали люди. Разглядывая гобелены, Эмми сделала вывод, что чувство прекрасного не чуждо Димитрию.

В комнате было сильно натоплено, и Наташа сразу же вспотела, тонкая ткань футболки прилипла к телу. Общую атмосферу жары усугублял преобладающий здесь красный цвет.

– Жаль, что я не знаю никакую Милею, - резко оборвал Димитрий.

Эмми обернулась к нему лицом, и встретилась с дулом пистолета.

Димитрий смотрел на нее спокойно даже не моргнув глазом.

– Вэиел до сих пор берет дилетантов...

Он не смог договорить. Наташа выбила ногой пистолет и ударила его в грудь. Димитрий пошатнулся, его удивило, что такое хрупкое создание может бить с такой силой...

Наташа не была так быстра, как мужчина, он быстро сжал ее руки и кинул на постель. Его руки были на ее плечах во время вспышки. Выражение лица Димитрия было смесью и злобы и отвращения, поскольку он посадил ее вниз. Наташа боролась против него, и его пальцы держали ее крепче.

Эмми двинулась, выпрыгивая, и оттолкнула его. Это убрало его с ее пути, но она не убежала далеко. Девушка пробежала только два фута от кровати, Димитрий схватил Наташу снова и придавил вниз, на сей раз, используя полный вес своего тела, чтобы остановить ее. Так или иначе, Эмми знала и понимала, что это план спасения был невозможен, но ее не волновало это.