Демельза поцеловала ее и поблагодарила, а потом села, так серьезно уставившись на нее своими темными глазами, что Верити зашлась в приступе редкого для нее смеха и спросила, в чем дело.

– Ни в чем. Будешь чай?

– Да, если пришло время.

Демельза потянула за кисточку у камина.

– С тех пор как родилась Джулия, я ничем не занимаюсь, только весь день пью. И ручаюсь, чай лучше джина.

В комнату вошла рыжеволосая, светлокожая Джинни.

– Джинни, - чувствуя себя неловко сказала Демельза.
– Не могла бы ты принести нам по чашке чая. Хорошего, крепкого. И вскипяти воду, прежде чем его заварить.

– Да, мэм.

– Не верится, что это я, - сказала Демельза, когда та ушла.

– Теперь скажи, что тебя беспокоит?
– Верити улыбнулась.

– Ты, Верити.

– Я? Моя дорогая. Немедленно расскажи, чем я тебя обидела.

– Не обидела. Но если... Дело в том, что это я могу тебя обидеть...

– Я не смогу ничего тебе посоветовать, пока не узнаю причину.

– Верити, - начала Демельза.
– Однажды, после того как я несколько часов надоедала Россу вопросами, он рассказал мне, что в прошлом ты кое-кого любила.

Верити не шелохнулась, но в улыбке стало меньше теплоты, уголки губ слегка дрогнули.

– Жаль, что это тебя беспокоит, - сказала она после паузы.

Демельза слишком далеко зашла, чтобы возражать.

– Меня мучает вопрос, правильно ли было вас разлучать подобным образом.

Желтоватые щеки Верити слегка порозовели. Она стала чопорной и ушла в себя, подумала Демельза, как тогда, когда мы впервые встретились; такая перемена, словно в ней живут два человека.

– Моя дорогая, думаю, нельзя оценивать поведение других, руководствуясь собственными суждениями. Так устроен мир. У моих... отца и брата вполне определенные взгляды на жизнь, согласно которым они и действовали. Трудно сказать, правильно ли они поступили или нет. Но сделанного не воротишь, и вообще, это осталось в далеком прошлом и почти забыто.

– Ты что-нибудь слышала о нем с тех пор?

Верити встала.

– Нет.

Демельза подошла и встала рядом с ней.

– Как же я это ненавижу. Ненавижу, - сказала она.

Верити похлопала ее по руке, словно не ей, а Демельзе причинили боль.

– Не расскажешь мне об этом?
– спросила Демельза.

– Нет, - ответила Верити.

– Иногда нужно выговориться... облегчить душу, вот.

– Не сейчас, - сказала Верити.
– Говорить об этом означало бы... ворошить прошлое.

Она слегка содрогнулась от переполняющих ее эмоций (или неприязни), когда Джинни принесла чай.

В тот вечер Демельза застала Джуда на кухне одного. По их поведению трудно было сказать, нравятся ли эти двое друг другу или сохраняют вооруженный нейтралитет. Демельзе так и не удалось расположить к себе Джуда так, как его жену. Долгое время он завидовал тому, что эта бегавшая когда-то по его поручениям сиротка теперь могла ему приказывать; и в то же время Джуд был уверен, что судьба во многих отношениях к нему несправедлива. При таком положении дел вместо Демельзы он предпочел бы какую-нибудь наглую госпожу, привыкшую к роскоши и окружению слуг.

– Джуд, - сказала Демельза, положив на стол доску для раскатывания теста, муку и дрожжи.
– Ты помнишь капитана Блейми, который приезжал сюда, чтобы увидеться с мисс Верити?

– Ну да, - ответил он.

– Должно быть, в то время я уже здесь жила, - сказала девушка, - но ничего не помню... совсем ничего.

– В то время вы были тринадцатилетней крохой, - мрачно заявил Джуд, - и сидели на кухне, как и полагается. Так вот.

– Подозреваю, ты не слишком много об этом помнишь, - продолжила девушка.

– Это я-то не помню? Дык я ж там был, когда оно всё случилось, так-то вот.

Она начала месить тесто.

– Что же произошло, Джуд?

Он взял деревяшку и начал строгать ее ножом, насвистывая сквозь передние зубы. Блестящая лысина с остатками волос по краям придавала ему вид монаха-отшельника.

– Вроде он случайно убил свою первую жену, да?
– спросила Демельза.

– Вижу, вы всё об этом знаете.

– Нет, не всё. Лишь кое-что, а не всё, Джуд. Что здесь произошло?

– Ну, этот тип, капитан Блейми, какое-то время вился вокруг мисс Верити. Капитан Росс разрешил им встречаться здесь, потому как больше им негде было, и однажды мистер Фрэнсис с отцом — его схоронили в прошлом сентябре - приехали и увидели парочку в гостиной. Мистер Фрэнсис вызвал Блейми на улицу, и они вышли, прихватив с собой дуэльные пистолеты, что висели у окна. Как вы уже догадались, меня пригласили в секунданты, что все по-честному; не прошло и пяти минут, как мистер Фрэнсис выстрелил в капитана Блейми, а тот выстрелил в него. Чистая работа, какую вы никогда прежде не видывали.