Отдохнув, мальчики гребли сильно, и лодка неслась быстро, как бы пытаясь обогнать рассвет. Но рассвет настигал ее. Вокруг делалось все светлее, облака в небе расходились, таяли, восточный край горизонта алел. И в эту минуту дружный радостный возглас вырвался одновременно у обоих гребцов. Прямо по носу лодки они увидели две темные, выступающие из воды точки — «Каменные ворота».

Мысль использовать каменоломни принадлежала Аносову. До войны, когда по его инициативе осуществлялся план благоустройства города, он не раз бывал на Каменной Косе, где для строительства резали камень-ракушечник. Пришло время, он вспомнил об этом месте. И правда: трудно было бы найти более удобную базу для партизанского отряда.

Ядро отряда состояло из группы коммунистов, оставшихся для борьбы в тылу врага, и рабочих железнодорожных мастерских, не успевших эвакуироваться. К ним примкнули некоторые рыбаки, комсомольцы из города и окрестных колхозов, несколько девушек и женщин.

Командовал партизанами начальник городской милиции Теляковский. Он прежде служил в армии и знал военное дело. А комиссаром отряда был Аносов. Авторитет его стоял высоко. И не только потому, что его знали как секретаря горкома партии.

По образованию Аносов был физиком и до того, как стал партийным работником, преподавал в школе. Сейчас эти знания ему пригодились. Он организовал изготовление самодельных мин, гранат и бутылок с горючей смесью. Когда отряд очутился в затруднительном положении (имевшийся запас взрывчатки отсырел в подземелье и сделался непригоден), он и тут нашелся: возился с испорченной взрывчаткой, сушил ее, подмешивал что-то, и драгоценный запас был спасен. А недавно Аносов задумал применить особую кислотную мину, преимущество которой заключалось в том, что она занимала мало места и могла быть использована в самых разнообразных условиях..

Аносов и Теляковский работали дружно. Недавно возникший отряд быстро сумел перейти к активным действиям.

Вначале эти действия носили характер отдельных, как бы случайных ударов: сожгли склад с зерном, награбленным фашистами у населения, подорвали вражескую машину с солдатами. В то же время нужно было дать знать населению, что советская власть живет, что армия и народ продолжают борьбу. Аносов подобрал группу комсомольцев, юношей и девушек. Первое их дело, с которым они успешно справились, было разбросать и расклеить листовки с речью Сталина. Затем они начали систематически распространять сводки Сов-информбюро. В отряде имелся радиоприемник, сводки записывались на слух и размножались на гектографе. А в последнее время выпустили листовки, призывающие молодежь не поддаваться посулам гитлеровцев и не ехать в Германию.

Враг тоже не дремал. В город был назначен немецкий комендант и появилось гестапо. Начались обыски, аресты. Поддерживать связь с городом сделалось опасно. Тем не менее партизаны готовились нанести серьезный удар. Враг должен почувствовать, что есть сила, которую он не в состоянии запугать и подавить.

Решено было взорвать мост на железной дороге, являющейся важной военной коммуникацией. Аносов хотел принять в этом личное участие. Между ним и Теляковским впервые возник спор. Теляковский считал, что комиссар не имеет права рисковать собой, а комиссар доказывал, что в такой опасной операции партизаны должны видеть комиссара рядом с собой.

— Тогда лучше я пойду, — сказал Теляковский.

— Нет. Отряд не может остаться без командира.

— А без комиссара? — сердито спросил Теляковский.

На умном лице Аносова появилась добродушная усмешка, которую Теляковский хорошо знал: чем добродушнее улыбался комиссар, тем тверже стоял на своем.

Итак, вопрос был решен. В диверсии участвовали пять человек- самые опытные подрывники. Шестым шел Аносов. Путь предстоял не близкий. Двигаться можно было только ночами. А летние ночи коротки. Зато дорога скрытая, по оврагам, — овраги здесь тянулись один за другим.

Место было заранее разведано. Узнали, что мост охраняется. Поэтому шли с таким расчетом, чтобы быть у моста в самое темное время ночи. Взрывчатку и все необходимое для выполнения задания несли в мешках. Впереди неслышно и легко шагал Федя Подгайцов, совсем молодой парнишка, слесарь железнодорожных мастерских. Он уже дважды бывал возле моста, высмотрел все и даже имел смелость предложить случившемуся там гитлеровскому офицеру свои услуги: устранил неисправность в дрезине, на которой ехал офицер, а попутно разузнал время следования ночных поездов.

Аносов шел позади, замыкая движение группы. Ему было трудновато поспевать за молодыми по неровному, усыпанному камнями дну оврага, перебираться с грузом за плечами из одного оврага в другой. Но он не отставал. Никто бы не сказал, что этому человеку за пятьдесят и что у него сердце не совсем в порядке.

Последний отрезок пути был особенно труден. Пришлось ползти, прижимаясь к земле, пока не миновали открытое место и не добрались до зарослей на берегу реки. Впрочем, какая река! — речка, обмелевшая от летнего зноя. Между ее обрывистыми берегами висел едва различимый в темноте мост.