Ее мягкие пальчики прикасаются к моей руке, и я вздрагиваю. Я смотрю в ее глаза, наполненные сочувствием. Глаза друга? Я знаю, что она беспокоится обо мне. Я тоже беспокоюсь о ней. Но что теперь она обо мне думает, после того как все узнала?

Она улыбается:

— Ты хочешь пойти? Я с удовольствием пойду с тобой.

Я пожимаю плечами. Они устали и болят от напряжения.

Мне хочется отказать Леа. Я не хочу сбивать Кингсли с толку. Раньше, она хотела познакомить меня с одной из мам ее друзей. До того, как она узнала обо мне. Пару месяцев назад, потом я не приезжал целый месяц. А в прошлом месяце она обняла меня, но не говорила так много как обычно. Я не знал, что ожидать от сегодняшней встречи, и дело в том, что это разрывало меня на части три с половиной недели.

— Я могу не идти, — отвечает Леа, на мое странное поведение. — Если ты не хочешь, я могу побродить здесь. Встретимся у машины? — предлагает она.

Я отвечаю прежде, чем мой разум принимает решение. С Леа всегда так. Кажется, я не могу изменить этого.

— Я хочу представить тебя ей. Если ты уверена, что хочешь этого.

Она улыбается:

— Я уверена. Просто не могу поверить, что у тебя есть дочь. В смысле, я знаю, что ты отец, но двоих детей? Ты молодец, — она сжимает мою руку и выбирается из машины. Мы встречаемся перед капотом, и она уверенно берет меня за руку.

По дороге, я рассказываю ей о Кингсли. Как она живет, как играет в футбол и играет на виолончели.

— Надеюсь, она не будет против, что я пришла вместе с тобой, — говорит Леа, когда мы подходим к тротуару.

— Нет. Она не такая.

Рука Леа напрягается, когда мы подходим к дому и поднимаемся на крыльцо. Немного поколебавшись, я стучу.

Через пару секунд Кингсли, с лучезарной улыбкой, приветствует нас.

— Люк, — ее взгляд перемещается от меня к Леа, и улыбка становится шире. — О боже мой, ты привел девушку. — Она находит это забавным, взмахивает ресничками и ведет себя так... по-девчачьи, когда сосредотачивает внимание на Леа. — Ты его девушка, как я понимаю.

— Я — та, кто помогает ему вести правильный образ жизни, — спокойно говорит Леа.

Кингсли обнимает меня за талию.

— Люк, тебе точно нужна девушка. Он рассказал тебе как забирался на гору? Он упал, перед прошлой нашей встречей. Люк, твоим рукам намного лучше!

Рука Леа остается в моей, большим пальцем она выводит круги, пока Кингсли заговаривает нам уши. Этот визит так и проходит.

Кингсли затаскивает нас в свою комнату и начинает спрашивать мнения Леа по поводу ее платьев на выпускной. Я сижу на кровати и пытаюсь сделать то, что Марк мне сказал. Пытаюсь думать о том, что чувствую. Я не очень хорошо справляюсь с этим. Слушая, как они говорят, я должен чувствовать себя счастливым. Но я не чувствую этого. Почему?

Я, мать вашу, не знаю.

Когда я встаю, ответ приходит ко мне: В следующий раз, когда я приеду — я буду один. Мое горло сжимается, и я понимаю, как сильно мне будет не хватать Леа.

Черт.

Я разворачиваюсь и провожу рукой по плакату с группой One Direction, пытаясь взять себя в руки. Боже. Мне нужно купить себе трусики и лифчик. За исключением того, что, ну черт, это сексисткое высказывание, да? Женщина сильнее мужчины. Я верю в это.

Я думаю о том, как Леа неотступно следовала за мной. Пришла в маске. А когда я чертовски облажался, пришла и всю ночь заботилась о моей пьяной роже.

Когда мы спускаемся вниз, Леа и Кин идут впереди меня, разговаривая о Гейбе, неком придурке, который хочет отвести мою девочку на школьный бал. Мы встречаемся на кухне с Робом и Мелиссой. Стол накрыт, а на губах сияют странные улыбки.

Я выгибаю бровь, смотря на Мелиссу, и следующий час проходит спокойно. Мы попиваем пиво на заднем дворе, младшая сестра Кин, Блисс, приходит домой, и они веселятся, пока мы — «старички», сидим и разговариваем о том, как в этом году, не по сезону, холодно.

Поездка обратно в отель тихая, и, кажется, занимает больше времени, чем обычно. Моя рука буквально горит в руке Леа, пока она держит ее на своих коленях. Принимаю это за знак. Я не могу посмотреть на нее, поскольку еду за рулем по автомагистрали между штатами. Воздух становится плотнее, застревая в горле.

Леа как будто тоже ощущает это. Я слышу, как она несколько раз сглатывает. Слышу, как шуршит ее одежда, когда она ерзает на пассажирском сиденье. Это последний раз? После того как мы разойдемся в отеле, я увижу ее снова?

Я пытаюсь сфокусироваться на дороге. Последние несколько миль пролетают моментально, я удивляюсь, когда GPS говорит мне завернуть на парковку отеля. Припарковавшись, по мне проносится болезненный, жалящий жар. Я заставляю себя повернуть голову и посмотреть на Леа.

Ее взгляд прикован к машине, припаркованной перед нами. Она тоже не может посмотреть мне в глаза.

— Спасибо, что поехала со мной, — произношу я.

Я вспоминаю, как практически вынудил ее поехать со мной. Это так чертовски неловко.